Главный священник ВДВ Михаил Васильев: "В армии не должны служить все - в армии должны служить лучшие". Иерей Андрей Шеломенцев: «Главное для священника ВДВ — горение сердца
Война непредсказуема в своих сюжетах. Еще вчера десантная тактическая группа теснила боевиков в горах, а спустя 18 часов два взвода из ее состава оказались в окружении тех самых «незаконных формирований». Склоны гор покрыла низкая облачность, то и дело прошиваемая трассерами автоматных и пулеметных очередей.
А на руках священника в десантном камуфляже умирал молоденький мальчонка в звании гвардии рядового. А погоды все не было и не было, а, значит, не могло быть и вертолета, чтобы вывезти тяжелораненого солдата. Главная задача санинструктора и священника состояла в том, чтобы любыми способами дотянуть жизнь мальца до прилета «вертушки». Только там, на базе, в госпитале, могла прийти к нему спасительная помощь врачей. Санинстуктор сделал все, что мог: вколол промедол, остановил кровопотерю. А солдат тихо умирал: сильнейший шок отходил, забирая остатки человеческих сил. И всем, кто был рядом, от этого становилось страшно и больно. Священник смотрел на небеса в плотном пологе облаков без единого просвета и молил Господа сделать так, чтобы прилетел вертолет. Молился он и всю последующую ночь напролет, прекрасно понимая, если вертолет не прилетит, три десятка десантников, которые приходили и молились, разуверятся в Боге.
Утром, в клочьях расползающегося тумана застрекотала «вертушка». Потом, вернувшись на базу, священник и остальные десантники узнают, что раненный солдат выжил. При этом видавшие виды полевые хирурги констатируют, что подобный случай - на грани чуда.
Это лишь один из эпизодов службы протоиерея Михаила Васильева - настоятеля московского Храма Благовещения Пресвятой Богородицы Патриаршего подворья при штабе ВДВ в Сокольниках. Сам он о подобных случаях рассказывать не любит, считая их обычным делом и прямым предназначением армейского священника.
Как правило, на войне есть кому стрелять, но очень часто бывает некому заниматься состоянием души человека - этим, казалось бы, простым и вместе с тем невероятно сложным делом. Солдат выпустит автоматный «рожок» в нужном направлении - нет проблем, но когда он увидит холодное тело своего товарища, когда поймет, что и сам мог оказаться на его месте, вот здесь, конечно, очень трудно и тяжело ему становится. И в этот момент нужна работа пастыря, здесь приходится принимать исповедь, поддерживать морально подавленные сердца людей, которые увидели кровь, смерть, несправедливость, - делится видением собственного предназначения отец Михаил.
Векторное направление - «вопреки», а не «благодаря»
Наверное, сама судьба предопределяла его военную стезю. Родился в офицерской семье, рос в отдаленных северных гарнизонах. Как сам шутит, с детства приобщился к прозе быта захолустных военных городков и на практике постиг основы тамошнего «офицерского троеборья»: вода, дрова, помои. На финише школьной учебы Михаила отец завел разговор о перспективах военного училища. Но, видимо, уже тогда в его характере складывался несколько противоречивый вектор движения по жизни - «вопреки», а не «благодаря». Вопреки устойчивому мнению, что в МГУ можно поступить только с «мохнатой руки» или за большие деньги, он стал студентом философского факультета просто по вступительным баллам. Закончив университет по кафедре научного атеизма, вопреки общей тенденции выпускников той поры бросаться в бизнес, он пошел в аспирантуру, потом преподавал в университете.
К религии Михаил Васильев пришел не сразу. Путь к Богу для молодого человека, далекого от церкви, не крещенного и не имеющего ни одного верующего друга, пролег через знания. Опять же вопреки «атеистической» учебной программе, он не принимал ее постулаты на веру, а старался вникать в истоки религии. При этом мало чем отличался от своих однокурсников: готовился к экзаменам, пел песни под гитару и в студенческой компании вел философские диспуты о религии за бутылкой недорогого портвейна. Тогда, в 1990-е, пришла мода на крестики и посещение храмов. Но Васильев, со свойственным ему максимализмом, не хотел ограничиваться свечками и куличами на Пасху. Вопреки ярмарке безнравственности, гулявшей по стране в те времена, он решил серьезно служить Богу. А однажды духовник Михаила отец Димитрий Смирнов сказал:
Ты из семьи военного? Значит, быть тебе батюшкой в военном гарнизоне.
Перспектива складывалась не по планам молодого человека. Но «вопреки» сработало и на этот раз. Даже молодая супруга, к слову, тоже духовное чадо отца Дмитрия, поддержала батюшку, хотя понимала, что такой путь и для нее легким не будет. С тех пор так безропотно и несет свое нелегкое бремя жены войскового священника матушка Мария.
Сегодня мы рукоположили молодого священника, у которого не будет приходских обязанностей, - он будет работать со всей армией, - эти слова, произнесенные в 1998 году Святейшим Патриархом Алексием II на ступенях храма Великомученицы Варвары при штабе Ракетных войск стратегического назначения во Власихе, стали благословением для отца Михаила. А азимут в служении задали слова еще одного достойного человека - первого и пока единственного маршала Российской Федерации Игоря Сергеева, сказанные на том же месте и в тот же день:
Если церковь и армия не спасут Россию, не будет ни церкви, ни армии, ни России.
Так отец Михаил стал настоятелем Патриаршего подворья при штабе РВСН. В ракетных соединениях, разбросанных по всей стране, он бывал чаше, чем самые активные проверяющие Главного штаба. Его захватывала возможность познание этого незаменимого в системе безопасности страны воинства.
Готовится пуск новейшей баллистической ракеты. Конструкторы, генералы, сотни военных специалистов перед пуском искренне молятся с батюшкой. Все понимают: многолетний труд и огромные средства вложены в этот старт. И если «изделие» не полетит, то все придется начинать сначала. Сорвется старт - виноват кто будет? Естественно, в числе прочих - и батюшка, который безблагодатно провел молитву.
Это нормальная логика мирянина, который только становится верующим. Ему очень важно иметь зримое присутствие Господа. И отец Михаил, благословляя ракетные пуски, не раз видел, как Господь по вере этих, искренне взывающих к Богу людей, даровал им чудо. И это, наверное, дорогого стоит и очень отличается от обычного служения приходского священника.
Энергия действия
По своей натуре отец Михаил - человек действия. Просто невозможно представить его каким-нибудь кабинетным работником Патриархии. Мне довелось наблюдать вездесущность «Батька», как называют его между собой десантники, во время дивизионных учений на горном полигоне. Под грохот авиационной огневой подготовки он проводил литургию в полевом походном храме. Через полчаса батюшка благословлял на учебный бой роту, которой предстояло действовать на главном направлении удара. В тот день его можно было видеть и на огневых позициях артиллеристов, и беседующим с молодым солдатиком саперной роты. Именно эта энергия действия, наверное, послужила и поводом для того, чтобы он был назначен руководителем сектора Воздушно-десантных войск Синодального Отдела Московского Патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами.
Отец Михаил считает, что военный священник должен быть рядом с солдатом в самые сложные моменты службы. Наверное, именно этот личный принцип кидал его по всем горячим точкам, где воевали десантники. С Владимирской иконой Божией Матери «Батек» встречал в Салониках корабли с десантом, а затем на бэтээре вместе с нашими миротворцами рассекал ночь во время знаменитого марш-броска в Косово. Самого его в выгоревшем камуфляже только и можно было отличить от десантника, что по рыжеватой бороде да по черному клобуку на голове.
Молебен «от страха»
Первый парашютный прыжок он совершил, можно сказать, экспромтом. Отец Михаил работал с новобранцами, когда произошла нештатная ситуация: у одного из солдат не раскрылся основной парашют, и он приземлился на запасном. Увидев это, очередная смена молодых солдат, отказалась идти на борт самолета. Командир подразделения - к священнику, просит:
Батюшка, есть у вас молитва какая-нибудь от страха? Прочитайте им, может, соберутся духом!
Молебен «от страха» батюшка провел, потом просто поговорил «за жизнь» с новобранцами, а затем попросил для себя парашют и пошел на предпрыжковую подготовку по сокращенному варианту. Один лишь вид священника с парашютом произвел на новичков сильное впечатление: все, как один, пошли в самолет. Когда на высоте гуднул бортовой сигнал «Приготовиться!», все встали, батюшка перекрестил солдат, потом сам перекрестился. По сигналу «Пошел!» вслед за командиром шагнул в небо. Солдаты пошли следом, никто из них не догадался, что «Батек» был тоже «перворазником».
А вот одиннадцатый парашютный прыжок стал настоящим испытанием для него самого. На учениях главный священник ВДВ десантировался с полковой разведкой. Прыгали с Ил-76. Это потом, на госпитальной койке, анализируя каждую секунду того полета, он сделал вывод, что рановато раскрыл купол, попал в зону турбулентности, стропы тут же перехлестнуло, туго закрутив в жгут. Как учили на занятиях по воздушно-десантной подготовке, раскручивал почти погасший купол, пытался сдернуть с него стропы. Обрезать их не успел - уж очень быстро приближалась земля, слишком высокой была вертикальная скорость приземления. Сгруппировался, спружинил на ноги, но все равно при приземлении услышал хруст в позвоночнике. В часть батюшка возвращался на санитарной машине. Диагноз: компрессионный перелом позвонка.
Новый Завет и «Наука побеждать»
Манера разговаривать у отца Михаила, похоже, выработалась многими годами служения в армии - по-военному четкие, выверенные фразы без деепричастных замысловатостей и с максимальной смысловой нагрузкой. Тертые войсками комбаты к этой манере идут годами через военные вузы, ежедневную практику командования и подчинения. А он, наверное, впитал ее душой и мыслью через тесное соприкосновение с войсковым бытием своей паствы. И совсем не удивительно, что главный десантный и ракетный батюшка одинаково глубоко знает и Новый Завет, и суворовскую «Науку побеждать». Часто цитирует мысль прославленного генералиссимуса: «Безверное войско учить, что перегорелое железо точить».
Да и награды у сорокалетнего десантно-ракетного батюшки - самые что ни на есть боевые: орден Мужества, медаль ордена «За заслуги перед Отечеством», медали «Генерал армии Маргелов», «Участнику марш-броска 12 июня 1999 г. Босния-Косово». А за этими наградами - более тридцати командировок в «горячие точки», бескорыстная духовная работа в войсках, на полигонах и в отдаленных гарнизонах.
Как сказал апостол Павел, нужно для всех быть всем, чтобы обратить хотя бы некоторых, - рассуждает отец Михаил. - Конечно, чтобы органично войти в воинский коллектив, нужно разделять все тяготы и лишения, которые приходится терпеть солдатам. А главный принцип для военного священника тот же, что и для хорошего командира - не «делай, как я сказал», а «делай, как я». Военную науку протоирей Михаил Васильев освоил на уровне полководца, пройдя курс обучения на факультете переподготовки и повышения квалификации Академии Генерального штаба ВС РФ. Специальность - «командно-штабная оперативно-стратегическая подготовка». Такого диплома больше ни у кого из священников нет. Но главное - не диплом, а знания и навыки, которыми овладел этот в полной мере военный профессионал. Разработанным под его руководством и успешно применяемым священниками в частях мультимедийным воспитательным программам можно было бы поучиться и организаторам общегосударственной подготовки в армии.
Храм в душе, храм на земле
Офицерская среда до сих пор более нравственна, чем срез общества других социальных групп, - говорит отец Михаил. - Работая с наиболее боевыми частями Российской армии - РВСН и ВДВ, я могу сказать, что они - настоящие профессионалы ратного дела. Сегодня престижность военной профессии растет, вместе с достойной оплатой службы офицеров и контрактников, обеспечением их жильем. Однако необходимо понимать и то, что за деньги можно убивать, но нельзя умирать. Для того, чтобы человек жертвовал личными интересами, необходимо пробуждать нематериальную мотивацию к служению: совесть людей, чувство долга. В Чечне, в палатке у одного из наших лейтенантов ВДВ я увидел простенький рукописный плакат: «Родине и жене - не изменять!» Очень конкретный девиз. Используем и его, как ориентир в работе.
Есть у отца Михаила и способности созидателя. За 14 лет пасторства он построил храм Преподобного Илии Муромца во Власихе, храм Пророка Илии в Сокольниках, храм Святой Троицы в Омске, храм иконы Божией Матери Благодатное Небо в Кубинке. В Косово им был установлен первый после революции походный воинский храм во имя преподобного Ильи Муромца.
Он активно участвовал в разработке нескольких типов мобильных храмов для работы с военнослужащими в полевых условиях. Много сил и энергии вложил отец Михаил в возрождение храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Сокольниках, ставшего Патриаршим подворьем при штабе ВДВ.
Самым главным таинством в своей духовной практике отец Михаил считает не описанное ни в одном Катехизисе таинство рождения веры в сердце человека. Он множество раз видел в глазах ракетчиков и десантников благость осмысленной духовности бытия. Тысячи военных людей привел к такой очищающей осмысленности и сам полководец веры протоирей Михаил Васильев.
Он приземлился и услышал, как хрустнул позвоночник. Но лежать было некогда — с неба летели бронированные машины… Как философ МГУ стал иереем во Власихе Судьба готовила Михаилу Васильеву...
Он приземлился и услышал, как хрустнул позвоночник. Но лежать было некогда — с неба летели бронированные машины…
Как философ МГУ стал иереем во Власихе
Судьба готовила Михаилу Васильеву военную службу. Он родился в 1971 году в офицерской семье, рос в отдалённых северных гарнизонах, в закрытых городках. Отец хотел, чтобы сын поступил в военное училище, но Михаил проявил характер: выбрал МГУ, философский факультет, затем увлёкся изучением религий, потом была аспирантура, а далее сам встал за университетскую кафедру.
В Церковь Михаил пришёл уже взрослым. Путь к вере для молодого человека, некрещёного и не имеющего ни одного верующего друга, был непростым. Ему помогал духовник - протоиерей Димитрий Смирнов. Однажды спросил Михаила: «Ты из семьи военного?» И, услышав ответ, сделал неожиданный вывод: «Значит, быть тебе батюшкой в военном гарнизоне».
Весной 1998 года философа рукоположили в сан диакона, а затем иерея. Служить направили в подмосковную Власиху - в храм Преподобного Илии Муромца и великомученицы Варвары при штабе Ракетных войск стратегического назначения.
А через год отца Михаила отправили в первую военную командировку - в Чечню.
Ночь молитвы о солдате
В боевых условиях священник меняет рясу на камуфляж, только без погон, и в петлицах не род войск, а православный крест. Оружия батюшке не полагается. Главное - быть рядом с солдатами, там, где труднее всего. Особая дружба связывала отца Михаила с десантниками, которых бросали в самое пекло. Он чувствовал, как нужна им его поддержка. Молва о «десантном» батюшке разнеслась по многим частям ВДВ.
Однажды в горах Чечни он с группой разведчиков попал в засаду. Наши бойцы отбили атаку, но одного тяжело ранило. Ждали вертолёт, была непогода. Парень истекал кровью на руках у батюшки. Проходил час за часом.
Всю ночь отец Михаил молился, чтобы прилетела помощь и чтобы солдат вопреки всему выжил. Десантники смотрели и не верили своим глазам: казалось, их товарищ уже не дышал, и вдруг оживал… Ранним утром в небе застрекотала вертушка. К вечеру батюшка узнал: раненого удалось спасти. Опытные полевые хирурги говорили, что это исключительный случай, на грани чуда.
И я понял, что выживу
С парашютом отец Михаил прыгал много раз, в основном на учениях. Однажды подал пример: когда самолёт поднялся, молодые ребята явно смутились, и тут батюшка встал и с молитвой первым направился к выходу. За ним уверенно потянулись бойцы.
А в 2007-м под Вязьмой едва не случилась трагедия. Его парашют попал в зону турбулентности, купол закрутило, он стал падать с 600-метровой высоты.
Страха не было, - рассказывает отец Михаил. - У меня оставалось несколько секунд. Я, как учили, раскручивал почти погасший купол, молился. И когда парашют раскрылся на треть, понял, что выживу.
Его спасло присутствие духа: в последний момент сгруппировался, спружинил на ноги, но всё равно услышал хруст в позвоночнике. Диагноз: компрессионный перелом позвонка. Но это выяснилось позже. А тогда пришлось быстро уходить с поля: вслед за солдатами сюда сбрасывали бронированные машины…
Часто ездил с десантом в горячие точки: Босния, Косово, Абхазия, Киргизия. И под обстрел попадал, и по минному полю приходилось идти. Но рассказывать об этом он не любит. Вот что говорит отец Михаил:
Часто эта самая точка, куда едешь, оказывается вполне прохладной. Например, в Боснии уже активно не стреляли, хотя ещё считалось, что там локальный конфликт. В Косове поначалу обстреливали, но потом как-то успокоилось, и особой опасности не было. Да и в Чечне раз на раз не приходился.
Из «секретного объекта» - собор ВДВ
Лет 10 назад в разговоре с офицерами спецназа отец Михаил узнал, что в Сокольниках есть заброшенный храм.
Тогда его здание занимала фельдъегерская служба: здесь был засекреченный узел военной связи. Священника туда не пустили. Тогда отец Михаил придумал «военную хитрость»:
Чтобы понять, в каком состоянии находится внутренняя часть храма, мои друзья-десантники снарядили разведчика с видеокамерой под бушлатом. Он прошёл в здание и снял на видео общий интерьер.
Опасения подтвердились: к тому времени в храме не осталось даже следа былого благолепия. На месте Святого Престола в алтаре стояла чугунная топка, в одном из приделов устроили курилку, на каждом шагу перегородки, отставшая штукатурка…
Отец Михаил задумал вернуть бывший храм Церкви. Его благословили и в июне 2004 года назначили настоятелем. К возрождению храма подключились многие высокие церковные и военные чины. Окончательное решение приняли при новом командующем ВДВ генерале Владимире Шаманове: в июне 2009-го аварийное здание отдали верующим.
Поднимали храм всем миром. Сначала наши ребята-десантники ломами крушили ненужные пристройки и перегородки. Перед реставрацией вывезли отсюда 150 самосвалов с мусором, - вспоминает отец Михаил.
А потом поставили новую колокольню и центральный купол, украсили фасад мозаичными иконами. И в конце прошлого года Святейший Патриарх Кирилл совершил здесь чин великого освящения. Сегодня это собор Воздушно-десантных войск России.
Пять фактов из жизни протоиерея Михаила Васильева
- Участвовал в марш-броске на Приштину в июне 1999 года, в боевых действиях на Северном Кавказе, в Абхазии, Киргизии.
- В Чечне крестил около 3 тысяч молодых солдат.
- Награждён орденом Мужества, медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, орденом Преподобного Сергия Радонежского III степени.
- За 14 лет пастырства построил храм Преподобного Илии Муромца и великомученицы Варвары во Власихе, храм Пророка Илии в Сокольниках, храм Святой Троицы в Омске, храм иконы Божией Матери «Благодатное Небо» в Кубинке.
- Женат, в семье пятеро детей.
Валерий Гук
Медвежьи озёра.38 полк ВДВ. Принятие присяги!
На счету у этого "воина" 25 командировок в горячие точки и четыре прыжка с парашютом. Старший лейтенант запаса не ходит в атаку с автоматом в руках и не ставит мины-растяжки. Его оружие- икона, крест и вера.
НЕ РАЗ злые языки распускали слухи о том, что отец Михаил готовил спецназ Русской Православной Церкви для войны в мусульманских странах, торговал оружием в Чечне. А однажды в Косово албанские боевики пытались его убить.
Армейский батюшка пребывает в возрасте Христа - ему 33 года. При весе более чем 90 килограммов он шустро бегает по горам с тяжеленным рюкзаком, в котором вместе со спальным мешком лежат ряса и нехитрая церковная утварь. Черная скуфейка (церковный головной убор) уже давно примелькалась среди голубых беретов десантников и не вызывает раздражения у генералов. В военные командировки он надевает выгоревший камуфляж, в петлицах которого вместо эмблем ВДВ православные крестики. В кармане - удостоверение, не имеющее аналогов в Российской армии. В нем написано, что отец Михаил - главный священник ВДВ. Благословение на поездки в горячие точки, согласно поданному рапорту, он получает лично от Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. Оклад фронтового священника составляет 7 тыс. руб.
ПОЛЕТ НА ТРОТИЛОВЫХ “КАРАНДАШАХ”
НАШ Ми-8 идет низко над землей. Летать в Чечне по-прежнему опаснее, чем передвигаться по земле. Вертолет иногда совершает противоракетные маневры, отстреливая ракеты-тепловушки на тот случай, если боевики попытаются засадить по машине из ПЗРК. Батюшка иной раз крестится, поглядывая в иллюминатор.
Чечня, 2002 год. Летим на "корове" (так солдаты называют громадный вертолет Ми-26) в горную группировку ВДВ. Брюхо вертолета почти доверху набито многометровыми "карандашами" - снарядами объемного взрыва для установки залпового огня "Буратино". Мы сидим на тротиловых "карандашах" и не дышим. Не дай Бог, упадем или взорвемся. Не то что костей наших не соберут, щепотки праха не найдется. Каюсь, мысли греховные. Но тут как дьявол накаркал. Вертолет "зачихал" и, словно спичечный коробок, начал крутиться в воздухе. Кое-как "корова" села на землю, а я не могу встать с "карандашей", как будто прилип к ним.
БРЕЗЕНТОВЫЙ ХРАМ
С ВЫСОТЫ хорошо виден палаточный лагерь десантников. Там среди флагов России и ВДВ блестят кресты фронтового храма, а рядом в чеченском селе возвышается минарет новенькой мечети из красного кирпича. Наш же фронтовой храм: три армейские палатки с печкой-буржуйкой. Но зачастую армейские часовни на войне возводят из снарядных ящиков (одновременно с баней). Особенно хороши трехметровые зеленые доски от упаковки боеприпасов для ракетной установки "Град". Церковная утварь в этих храмах по-армейски скудна и убога. Свечи крепятся прямо в автоматных гильзах, а колоколом обычно служит бронзовая гильза от танкового снаряда. Иногда под часовни переоборудуются бывшие ленинские комнаты.
Главный брезентовый собор в горной группировке в Чечне пару лет простоял в Югославии. После вывода наших российских миротворческих сил из Косово храм перебросили на Кавказ. Кстати, там, в Югославии, отец Михаил и получил свое боевое крещение.
Из фронтового дневника священника ВДВ:
Югославия, лето 2000 г.
Вместе с певцом Юрием Шевчуком и двумя сербскими священниками в сопровождении двух наших офицеров на БТРе мы отправились в женский монастырь XIV века, разграбленный албанскими боевиками. Передвигаться пришлось на джипе бело-красной окраски. За столь необычный вид десантники прозвали его "кока-колой".
При входе в монастырь нас охватил ужас. Алтарь взорван, библиотека с уникальными рукописями сожжена. По свидетельству очевидцев, албанские боевики жестоко обошлись с монахинями: молодых изнасиловали, а старых избили до полусмерти.
На обратном пути, завидев в джипе двух сербских монахов, албанцы начали забрасывать нашу "кока-колу" камнями. Тем временем к нападавшим присоединились вооруженные боевики, стреляющие из автоматов в воздух и жестами показывающие, что сейчас нам отрежут головы. Под градом камней мы едва успеваем пересесть из нашей весьма приметной машины в БТР.
Но албанцы не собирались сдаваться. Они перекрыли дорогу в сторону Белграда бульдозером, а, чтобы мы не могли двинуться дальше, под колеса "брони" легли дети. В этой ловушке мы провели 6 часов. При виде попыток боевиков поджечь нашу технику с помощью бутылок с бензином сербские монахи падают в обморок. "Ну все, - думаю, - пора готовиться к смерти на костре". И вдруг наша охрана - два офицера ВДВ, оба Дмитрия - включает на полную громкость походный магнитофон с песнями Юрия Шевчука, и мы начинаем орать в приоткрытый люк: "Русские не сдаются!" Эта "психологическая" атака позволила нам продержаться до прихода на помощь австрийских солдат.
У фронтового "косовского" храма появляются десантники, загоревшие до черноты под жестким чеченским солнцем. "Смирно! - почему-то кричит солдат, домывающий полы церкви. - Товарищ священник, за время вашего отсутствия происшествий в храме не случилось". Батюшка краснеет, смущается и неловко прикладывает руку к скуфейке, отдавая солдату честь. Отец Михаил, переодевшись из камуфляжа в рясу, благословляет разведчиков, уходящих на боевую задачу…
"ПЕРВЫМ ПРЫГАЕТ ПОП"
ОДНАЖДЫ во время учебных прыжков у одного из солдат не раскрылся основной купол парашюта. Однако боец сумел раскрыть запасной парашют и удачно приземлился. Но слух о нераскрытом парашюте вселил страх в молодых солдат.
- В этом полку я сразу справил службу и прочитал солдатам-новобранцам специальную молитву "Перед воздушным путешествием Божьей Матери", - рассказывает отец Михаил. - На следующий день утром я стоял перед строем и еще раз благословил десантников. Опять достал Молитвослов православного воина и начал искать молитву. И вдруг голос из строя: "Батюшка, страница 266!" - гаркнул прапорщик. Я обомлел!
Точно, эта страница. Оказывается, командир весь вечер учил молитву наизусть вместе с солдатами. Я чуть со стыда не сгорел за свою забывчивость и нерасторопность. И тоже надел парашют! Прапорщик, увидев меня в самолете, обалдел от моего решения, но виду не подал. Он подмигнул мне, сложил пальцы в колечко "о"кей" и прорычал, стараясь перекричать шум двигателя: "Первым прыгает поп!" И я провалился в воздушную бездну. За мной прыгнули прапорщик и все новобранцы. Из-под купола своего парашюта я видел, как они орали от радости, паря в небе словно ангелы.
СЕГОДНЯ в Чечне нет ни одного действующего православного храма. Все они разрушены войной. Церковь в Грозном боевики сожгли еще в 1996 году, а в 2000-м сгоревший остов добили федеральные войска во время второго штурма города. Русская Православная Церковь в войне тоже понесла потери: под бомбежками погибли четыре священника и более 10 были ранены.
Под надзором военных в Чеченской республике - в зоне боевых действий, в воинских частях - сложилась своеобразная "фронтовая епархия", насчитывающая один храм и 20 часовен. Только в группировке ВДВ сейчас "внештатно" работают 15 священников. Среди них много бывших военных...
Батёк
Главный священник ВДВ иерей Михаил Васильев не разбился, падая с высоты 600 метров на недавних учениях под Вязьмой. Убежден: спасся с Божией помощью
За 15 лет в России разбились более 150 парашютистов. И хотя вклад десанта в эти цифры минимальный, абсолютно безопасных прыжков не бывает.
Теория гласит, что скорость свободного падения парашютиста среднего веса - примерно 180 км в час. Полет с высоты 600 метров к земле без парашюта занимает 13 секунд. 3-4 секунды и 250 метров высоты уходит на раскрытие основного парашюта. Если парашют отказал, то на все про все остаются считаные мгновения, до земли 300-350 метров. Что такое перехлест? Стропа прихватывает купол основного парашюта, резко нарастает скорость снижения, парашютиста крутит и бросает во все стороны. Нужно успеть оценить ситуацию, избавиться от основного парашюта, выбросить запасной. Запаникуешь - смерть.
В прошлом году в Украине именно из-за перехлеста строп погиб командир столичного полка милиции особого назначения "Беркут". На счету у 43-летнего полковника спецназа было в пять раз больше прыжков, чем у иерея Михаила. Но полковнику не повезло, а батюшка сумел приземлиться на полураскрытом парашюте. Главный секрет прост: железные нервы и немного удачи.
Без травм, конечно, не обошлось. Мы встретились с отцом Михаилом в Центральном госпитале Ракетных войск стратегического назначения.
- В том, что произошло, виноват я сам, - выгораживает укладчика парашюта батюшка. - Рано раскрыл купол, попал в поток турбулентности, стропы тут же перехлестнуло, и начало рвать. Но страха не было.
Страшно отцу Михаилу, по его словам, бывало раньше: под обстрелом и когда как-то пришлось идти по минному полю. А здесь, под Вязьмой, он отчаянно боролся за жизнь. Как учили, "раскручивал" почти погасший купол. "Раскрутил" до площади в 20-30 квадратных метров (в полностью раскрытом состоянии площадь купола десантного парашюта Д-10 - 100 квадратных метров). Сумел даже приблизительно рассчитать скорость падения: 20 метров в секунду. И понял, что выживет при приземлении.
- Сгруппировался, приземлился на ноги, - весело рассказывает замотанный в бандаж и прикованный к больничной койке батюшка. - На мне были отличные ботинки. "Пиндосовские", из Боснии привез. Но все-равно при приземлении услышал хруст - сломался позвонок. Но тогда даже не это беспокоило, а то, что через пятнадцать минут за нами сбрасывают бээмдэшки. Еще подумалось: некогда на земле разлеживаться, а то БМД так припечатает, что мало не покажется...
Диагноз: компрессионный перелом позвонка. Врачи обещают, что ходить будет. Да и от прыжков батюшка отказываться не намерен.
Рисковать жизнью отцу Михаилу приходится регулярно. Как-то на других учениях у солдата не раскрылся парашют. Инцидент подорвал дух, молодые солдаты отказались прыгать. "Батёк" с молитвой поднялся в Ан-2 и первым шагнул из самолета. Говорят, это было лишнее: уже только лишь вид "батька" в камуфляже с парашютом произвел на личный состав сильное впечатление. Прыжки прошли благополучно, парашюты раскрылись у всех.
Ему - 36. Сын офицера, окончил философский факультет МГУ по кафедре научного атеизма. Потом аспирантура, год преподавал в университете. В 1998 году стал священником. Женат, трое детей. Боевого опыта - как у полноценного батяни-комбата: свыше 30 командировок в "горячие точки".
С Владимирской иконой Божией Матери встречал в Салониках корабли с десантом, а затем на головном бэтээре совершал известный марш-бросок в Косово. Там же, на Балканах, у Ан-22, на котором он летел, отказал двигатель. Ничего, долетели. Еще есть боевые награды за Чечню, где, кстати, окрестил около трех тысяч бойцов. Самого его в выгоревшем камуфляже, по словам офицеров, не всегда отличишь от десантника. Если бы еще не борода да не православные крестики в петлицах вместо эмблем ВДВ...
- Понимаете, дело ведь совсем не в том, что какой-то поп не разбился, падая на отказавшем парашюте, - горячится отец Михаил. - Куда важнее, если люди зададутся вопросом: а что вообще этот поп делает в армии?!
Ответы у батюшки готовы. Он даже точно знает, сколько нужно священников, чтобы обеспечить право на свободу совести в армии. Примерно 400 православных батюшек, 30-40 мусульманских мулл, 2-3 буддистских ламы и 1-2 еврейских раввина. Священнику надо положить жалованье - примерно 15 тысяч рублей в месяц плюс еще 10 тысяч на расходы. Это нашему государству по силам. Затраты окупятся.
Должность иерея Михаила, если привести ее в соответствие с историческими канонами, - генеральская. До революции главный военный священник Российской армии имел чин протопресвитера, что приравнивалось к званию генерал-лейтенанта. Михаил Васильев - зам. современного "протопресвитера" по ВДВ (а на самом деле - и по всем остальным видам и родам войск). Соответственно должен быть генерал-майором. К тому же закончил "генеральские" курсы переподготовки и повышения квалификации в Академии Генштаба по специальности "командно-штабная оперативно-стратегическая подготовка". Словом, православный генерал. Хотя сам он категорически с этим не согласен.
- Священник не должен быть ни генералом, ни офицером, - разъясняет стратегически подготовленный отец Михаил. - Наша основная задача не в повышении градуса патриотизма. Мы помогаем человеку в форме реализовать свое право на свободу совести.
Никаких воинских званий - это не его личное мнение, а принципиальная позиция церкви. А вот насчет "градуса патриотизма", согласитесь, хорошо сказал. И вообще главный воздушно-десантный батюшка за словом в карман не лезет.
"Как я праздную день ВДВ? - переспрашивает насмешливо. - А собственно праздновать-то и некогда, праздник совпадает с подготовкой ко дню Ильи Пророка, покровителя ВДВ. А купаться в городских фонтанах есть кому и без меня".
Да, о праздниках. О своих геройствах отец Михаил рассказывать не хочет, но признается, что по-настоящему трижды был на волосок от смерти. Священник не может бояться смерти, но отмечать в году не одно, а три дня рождения Святое Писание не запрещает. Вот все три и отмечает.
Хотя теперь, видимо, у него их уже четыре.
Завтра, 2 августа, в день святого пророка Илии, Воздушно-десантные войска России отмечают свой профессиональный праздник. Рассказать о сегодняшнем положении ВДВ и поздравить десантников с праздником мы попросили руководителя сектора Воздушно-десантных войск Синодального отдела Московского Патриархата по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями протоиерея Михаила Васильева .
Не без Промысла Божьего в 1930 году, от которого нас отделяет уже 81 год, первое десантирование было совершено под Рязанью в день святого пророка Илии. Как известно всем христианам, пророк Илия был первым человеком, о котором известно, что он взошел на небо в огненной колеснице, тем самым, став предтечей воздухоплавания и, в частности, десантников, которые, как известно, путешествуют по воздуху. Понятно, что в 1930 году никто специально это событие не приурочил ко дню памяти Илии-пророка. Но он ещё до революции считался покровителем русского Императорского воздушного флота.
Кроме того, аббревиатура ВДВ неофициально расшифровывается как «войска для войны» и опыт применения воздушно-десантных войск начался ещё с боев на Халхин-Голе. Именно тогда военнослужащие ВДВ были награждены первыми боевыми наградами. В дальнейшем вся история нашего Отечества неразрывно связана с боевым применением ВДВ, начиная с Великой Отечественной войны и заканчивая конфликтами на Северном Кавказе в последние годы. Это и миротворческие операции на Балканах - все помнят марш-бросок на Приштину, когда именно ВДВ спасли своими действиями честь Российского государства на Балканах, и не от них зависело тогда, что эта операция не была завершена.
В настоящее время ВДВ вместе со всеми Вооруженными силами переживают период очень сложного и болезненного реформирования, но они по-прежнему остаются образцовым родом войск. Мы, священнослужители ВДВ, набравшись за последние два десятилетия работы в частях и соединениях большого практического опыта, знаем как из «поколения пепси», из мальчишек с тонкой шеей, которые приходят в войска, формируются и воспитываются настоящие «десанты», которые способны выполнять боевые задачи.
Работая во всех жанрах, кроме скучного, начиная от приема молодого пополнения и заканчивая заседаниями военного совета, где я, как главный священник принимаю участие по долгу службы, мы видим, что для десантника священнослужитель, который находится вместе с ними и в горячих точках, и в повседневной жизни, стал такой же неотрывной частью воинской жизни как полевая кухня. Мы трудимся наравне с ними. Девять священников ВДВ регулярно совершают парашютные прыжки в составе подразделений, которые и окормляют. Например, протоиерей Павел Щербина имеет более 560 прыжков. Есть священники, которые только начинают этот путь, совершив пока всего несколько прыжков. Но за последние 15 лет во всех событиях жизни войск участвуют наши священнослужители. Есть также один войсковой мулла, который честно трудится на своем месте, работает с военнослужащими-мусульманами. Сегодня в частях ВДВ крайне редко можно встретить военнослужащих, как солдат, так и офицеров, которые не носят нательных крестов, которые не участвуют в таинствах исповеди и причастия. В этом году при подготовке к Параду Победы 2950 военнослужащих ВДВ причастились Святых Христовых Таин. При ВДВ создано 13 православных храмов, несколько часовен и ещё два храма строятся.
Позвольте в этот день поздравить всех наших военнослужащих славных гвардейских воздушно-десантных войск. И пожелать, как тем, кто служит сейчас, так и уважаемым ветеранам, тем, кто ранее служил в ВДВ и которых около миллиона, никогда не продаваться за деньги, не «жить на карман», всегда помнить о тех славных традициях, которые они являли в годы своей воинской службы. Не случайно десантников уважают простые люди. И даже на территориях таких больших городов как Москва можно видеть радостные лица граждан, потому что в день ВДВ мы не чувствуем этнического засилия инородцев, которые в этот день стараются не появляться на улицах и гуляют где-то далеко. А вместо этого, улицы наших городов заполнены крепкими мужчинами в тельняшках, которые вспоминают свою службу нашему Отечеству, те года, когда они являли собой честь и доблесть нашей Родины.