Приметы и суеверия: верить ли в приметы и околоцерковные суеверия? Неудача приходит три раза подряд.
Вот уже более 1400 лет в сердце Синайского полуострова, в прекрасной живописной долине между гор Моисея, Сафсаса и Екатерины, верой и правдой проносит сквозь века образ священного библейского места монастырь св. вмц. Екатерины.
Ежегодно более сотни тысяч паломников посещают это святое место. Ведь именно здесь, на территории монастыря, растет Неопалимая купина - куст, в пламени которого, согласно Ветхому Завету, Всевышний впервые явился пророку Моисею.
Удивительно, но и закономерно, что за всю свою долгую историю монастырь ни разу не был захвачен, разрушен или существенно повреждён. Трудно поверить, но монастырю Святой Екатерины в разное время покровительствовали Наполеон, турецкие султаны, арабские халифы и даже пророк Мухаммед (основатель ислама).
На протяжении многих столетий этот монастырь являлся местом традиционного паломничества многих русских людей. В монастыре Святой Екатерины находится большое количество русских икон, предметов церковной утвари, старинных колоколов, а также манускриптов и книг! Кстати, по числу и ценности рукописей библиотека монастыря св.вмц. Екатерины уступает только Ватикану. Из 3000 рукописей две трети написаны по-гречески. Остальные на арабском, сирийском, грузинском, армянском, коптском, эфиопском и славянском языках. Кроме ценных манускриптов, в библиотеке хранятся также около 5000 книг, причем некоторые из них относятся к первым десятилетиям книгопечатания.
В 324 году мать императора Константина святая царица Елена возвела на месте неопалимой купины часовню. До этого времени первыми монахи в той местности были в основном отшельники, живущие в одиночку в пещерах. Лишь в праздничные дни они собирались возле Неопалимой купины, для совершения совместного Богослужения. Монашескую жизнь этого периода описал в V веке ученик Иоанна Златоуста, бывший префект Константинополя - святой Нил: «Одни вкушали пищу только в воскресные дни, другие - дважды в неделю, иные - спустя двое сутки… В каждое воскресенье все они из разных мест собирались в одну церковь, лобызались, причащались Святых Таин, и беседами о спасении души назидали, утешали и поощряли друг друга к высоким подвигам»
В рассказе о Святых местах Востока, написанном в конце IV века знатной паломницей Сильвией Аквитанкой (или Этерией), сообщается и о монашеской общине, образовавшейся вокруг Неопалимой купины:
«Пройти же до начала этой долины было нам необходимо потому, что там было много келий святых мужей, и церковь в том месте, где находится купина: эта купина жива и до днесь и дает отпрыски. И так, спустившись с горы Божией, мы пришли к купине, приблизительно в десятом часу. А эта купина, как я сказала выше, есть та, из которой глаголал Господь к Моисею в огне, и находится в местности, где есть много келлий и церковь, в начале долины. А перед церковью прелестный сад, с обилием превосходной воды, и в этом саду купина.»
Обитель, вид которой сохранилась до наших дней, была возведена в период правления византийского императора Юстиниана (527-565 гг.) как монументальная крепость. Её стены за 14 веков почти не обветшали. За все время основательно пострадала лишь северная сторона, которая была повреждена несколько раз. Последний её ремонт относится к 1801 году, периоду египетской авантюры Наполеона. В 1951 году к южной стене было пристроено новое здание. В нём размещаются библиотека, галерея икон, трапезная, а также резиденция архиепископа. Среди новых зданий - гостиница, построенная с западной стороны монастыря. Вдоль внутренней стороны стен находятся жилища монахов и другие строения.
В монастыре находится около 12 часовен. Из них часовни Святого Духа, Успения Пресвятой Богородицы, Иоанна Богослова, Георгия Победоносца, святого Антония, святого Стефана, Иоанна Предтечи, пяти севастийских мучеников, десяти критских мучеников, святых Сергия и Вакха, святых апостолов и пророка Моисея находятся внутри монастырских стен, а девять из них соединяются с архитектурным комплексом базилики Преображения. Две часовни находятся в покоях архиепископа Синая.
Основной древний вход в монастырь, с его западной стороны, сейчас закрыт. Слева от этого входа есть другой, поменьше, которым и пользуются в настоящее время. Он тоже древний, с тремя обшитыми металлом дверьми.
Первоначально обитель именовалась монастырём Преображения или монастырём Неопалимой Купины. С XI века, в связи с распространением почитания святой Екатерины, мощи которой были обретены синайскими монахами в середине VI века, монастырь получил новое название - монастырь Святой Екатерины.
Имя, которым нарекли родители Св. Екатерину было Доротея. Она родилась в 294 году в Александрии. Согласно имеющимся о её жизни сведениям, Св. Екатерина закончила языческую школу, где изучала философию, риторику, поэзию, музыку, математику, астрономию и медицину. Красивая дочь аристократических родителей, она не знала недостатка в женихах, но отвергла все их предложения. Монах-сириец рассказал ей об Иисусе Христе, женихе души, и обратил её в христианство. После крещения она получила имя Екатерина.
Во время преследования христиан в период правления императора Максиминуса в начале IV века Екатерина публично заявила о своей вере в Иисуса Христа и обвинила императора в том, что он приносит жертвы идолам. Пятьдесят мудрецов, собранных со всей империи, пытались переубедить её, но тщетно. Более того, Екатерина сама убедила их в необходимости веры во Христа, цитируя при этом древнегреческих философов. Несмотря на пытки, она смогла обратить в христианство даже членов семьи императора и римскую аристократию. После казни Екатерины тело её исчезло. Согласно преданию, ангелы перенесли его на вершину самой высокой горы Синая, носящей сейчас имя Екатерины.
Примерно три века спустя монахи монастыря, построенного Юстинианом, повинуясь видению, поднялись на гору, нашли там останки Екатерины, спустили их вниз и поместили в храме, в золотой раке.
Ежедневно после службы верующим открывают доступ к мощам святой Екатерины. В память о поклонении мощам монахи дарят серебряное кольцо с изображением сердца и словами ΑΓΙΑ ΑΙΚΑΤΕΡΙΝΑ (святая Екатерина) по традиции обретения мощей и их опознания по кольцу Екатерины.
Монастырь всегда вёл обширную культурную и просветительскую деятельность. В XVIII веке он открыл духовную школу на острове Крит, где получали образование греческие богословы того времени. Подворья монастыря были открыты в Египте, Палестине, Турции, Румынии, России и даже в Индии. Монастырь поддерживал давние связи с Россией. В 1375 году в Москву приехал митрополит Макарий за милостыней для монастыря, а в 1390 году из монастыря Святой Екатерины в дар великим князьям была привезена икона с изображением Неопалимой купины, которую поместили в Благовещенский собор Кремля.
Базилика Преображения
Главный храм монастыря (кафоликон), трёхнефная базилика, посвящён Преображению Иисуса Христа. Его постройка относится к периоду правления императора Юстиниана.
Базилика Преображения
Деревянным входным дверям в церковь 1400 лет. Сделаны они из ливанского кедра. Над ними - надпись на греческом языке: "Вот врата Господа; праведные войдут в них" (Псалтирь, 117:20).
Двери притвора сделаны на пару веков позже - крестоносцами в XI веке.В каждой из двенадцати колонн в специальных углублениях хранятся мощи святых, закрытые бронзовыми пластинами, а на самих колоннах помещены минейные иконы XII века по числу месяцев года.
Главным украшением базилики является расположенная в конхе апсиды мозаичная икона Преображения Господня. Мозаика выполнена в первой половине VI века придворными мастерами, специально присланными Юстинианом для украшения монастыря.
Древняя часовня, возведенная св. кн. Еленой является частью базилики.
Часовня
Алтарная часть часовни расположена над корнями Неопалимой купины. В апсиде часовни - мозаичное изображение креста, относящееся к Х веку. Каждую субботу в часовне служат божественную литургию.
Куст буйно растёт в нескольких метрах от часовни. Он был пересажен для того, чтобы можно было построить святой алтарь над его корнями. Это единственный куст такого рода на всём Синайском полуострове, причём ни одна попытка высадить его отросток в другом месте успеха не имела!
Часовня посвящена Благовещению и украшена иконами, посвящёнными этому празднику.
В часовне нет иконостаса, скрывающего алтарь от верующих, и паломники могут видеть под престолом место, где росла Купина. Оно обозначено отверстием в мраморной плите. Здесь же на серебряном щите чеканное изображение горящего куста, Преображения, Распятия, евангелистов, святой Екатерины и самого Синайского монастыря.
Интерьер часовни Неопалимой Купины
(литография рисунка архимандрита Порфирия (Успенского) 1857 год)
Другие постройки монастыря:
В 2002 году монастырский комплекс был включён ЮНЕСКО в список объектов Всемирного наследия.
План-схема монастыря:
Фотографии и старинные изображения.
В монастыре святой Екатерины, удаленном от цивилизации на многие сотни километров, сосредоточены величайшие святыни христианства и уникальные артефакты. Многие из них – «родом из России».
В монастыре святой Екатерины сосредоточены величайшие святыни христианства и
уникальные артефакты. Многие из них – «родом из России»
Под защитой бедуинов
Никогда за всю свою историю, насчитывающую почти семнадцать веков, это святое место не подвергалось разрушению и осквернению. Монастырь, основанный, по преданию, святой царицей Еленой в 330 году, начинался с небольшой церкви и башни, где в случае набега воинственных племен могли укрыться несколько монахов, поселившихся в Синайской пустыне рядом с Неопалимой купиной. В середине VI века император Юстиниан приказал возвести вокруг монастыря мощные крепостные стены высотой до двадцати метров и прислал двести семей бедуинского племени джабалия для охраны обители.
Когда-то джабалия были христианами, но во времена исламизации Синая изменили вере предков, а вот охрану монастыря и по сей день считают своим священным долгом. Несколько лет назад, во время арабской революции, когда на дорогах, ведущих к обители, исчезли полицейские кордоны, бедуины взяли в руки оружие и вышли защищать монастырь. Об этих преданных людях монахи говорят так: «Мы отличаемся верой, культурой – всеми теми вещами, различия в которых обычно приводят к конфликту. Но вместо конфликта у нас гармония, уважение и мир».
…и фирмана Мухаммеда
Жить относительно спокойно в окружении мусульман помогает и охранная грамота, по преданию, продиктованная пророком Мухаммедом и скрепленная оттиском его ладони. Она не только гарантирует монастырю неприкосновенность, но и обязывает мусульман оказывать монахам всяческую помощь в пути, делиться урожаем, а также освобождает монастырь от налогов.
Как отмечают исследователи, этот единственный в своем роде документ на протяжении всех последующих лет был «по своей веротерпимости предметом удивления магометан». Однако под угрозой проклятия нарушить запрет пророка никто не решался. На это посягнул только халиф Хаким, который прославился своей жестокостью по отношению к христианам.
Святость этого места, сохранившего память о Богоявлении, признается всеми мировыми религиями
В 1000 году он направил свою армию в Синайскую пустыню, намереваясь уничтожить монастырь. Узнав об этом, монахи срочно перестроили одну из башен, превратив ее в мечеть. Хаким был не готов к такому повороту событий. Постояв в нерешительности у стен монастыря, он приказал отступать: место, где стоит мечеть, священно для мусульманина.
Спустя пятьсот лет турки захватили Египет, и над Синайской обителью вновь нависла опасность. Монахи предъявили завоевателям фирман Мухаммеда. Подтвердив монастырю его исключительные льготы, турецкий султан Селим I увез охранную грамоту в Стамбул. С тех пор в монастырском музее хранится ее точная копия.
«Живой» музей
Икона «Благовещение». XII век
В 2002 году в монастыре было создано особое пространство, которое можно назвать живым музеем. В герметичные витрины, где поддерживается оптимальная температура и влажность, поместили наиболее значимые монастырские ценности. Они хоть и выставлены на всеобщее обозрение, но, строго говоря, музейными экспонатами не являются. И Евангелие в драгоценном окладе, и украшенная жемчугами митра, и золотая церковная утварь время от времени используются по своему прямому назначению – на особо торжественных богослужениях.
В музее девять залов. В одном из них выставлены церковные облачения, другой зал посвящен святой великомученице Екатерине. Обширную экспозицию составляют подарки русских царей и уникальные древние рукописи. Но главное сокровище монастыря – иконы.
Свет внутри иконы
Благодаря большой удаленности от центров христианства Синайскую обитель не затронуло иконоборчество. Здесь сохранилось свыше двух тысяч уникальных икон, по которым можно проследить развитие иконописи с древнейших времен до наших дней.
Икона «Иисус-Пантакратор». VI век
Наиболее ценной считается знаменитая икона VI века «Христос Пантократор», которую император Юстиниан по завершении строительства преподнес в дар обители. Таких энкаустических икон в мире осталось буквально наперечет. При создании красок древние мастера использовали расплавленный воск, благодаря чему икона буквально светилась изнутри. Но в последующие годы оригинальная техника энкаустики была утрачена.
Образ «Христа Пантократора» очень необычен – лик Спасителя асимметричен, и это заставляет вглядываться в него снова и снова. Каков был замысел иконописца? Ответ на этот вопрос найден давно: таким приемом удалось показать две ипостаси Иисуса Христа – Бога и Человека.
Правая рука Господа благословляет верующих, а Евангелие в Его левой руке символизирует власть над Вселенной. Именно этот образ Христа стал наиболее распространенным в росписи подкупольного пространства древних византийских храмов. Эта традиция сохраняется и в наши дни.
На своих местах
Большинство древних икон относится к византийской эпохе. Некоторые из них написаны в самом монастыре, другие преподнесены в дар благочестивыми паломниками и правителями. Лишь небольшая их часть хранится в музее, остальные можно увидеть на своих привычных местах – в храме Преображения и в шестнадцати монастырских часовнях.
Икона "Моисей перед Неопалимой Купиной".
ХIII век
Икона "Моисей, получающий Скрижали Завета" ХIII века
Знаменитые иконы ХIII века «Моисей у Неопалимой купины» и «Моисей, получающий скрижали» и по сей день украшают входы в часовню Неопалимой купины, напоминая о величайшем событии в истории человечества – Богоявлении. Здесь же можно помолиться у древней иконы «Рождество Пресвятой Богородицы» и почувствовать огромную духовную радость, исходящую от иконы «Благовещение».
Почти в каждой монастырской часовне есть своя святыня, которую искусствоведы без всяких натяжек называют шедевром иконописи. Это «Господь Вседержитель», «Вознесение», «Стефан Первомученик», Иверская икона Богоматери, образ Богородицы «Живоносный источник» и многие другие. В самой же базилике Преображения обращает на себя внимание храмовая икона святой великомученицы Екатерины, образ Божией Матери «Казанская» над Царскими вратами и, конечно же, двенадцать икон – месячных миней, размещенных на двенадцати столпах храма.
Вместе с тем атмосфера монастыря далека от музейной – в его стенах никогда не прерывалась молитва и в течение семнадцати столетий ежедневно совершается Литургия. Эта намоленность освящает собой не только сам монастырь, но и все пространство вокруг него. Много ли еще таких мест на земле?
Дары России
Первые сведения о святом месте дошли до русских земель вскоре после Крещения Руси. Уже в 1001 году князь Владимир отправляет в Египет первых послов с дарами. А с ХIV века помощь обители от русских князей становится постоянной – даже несмотря на то, что Русь тогда была практически разорена междоусобными бранями и непомерной данью татаро-монгольским ханам.
Исторические документы детально свидетельствуют о размерах этой помощи. Так, в 1558 году царь Иван Грозный отправил монастырю милостыню на тысячу золотых, а несколькими годами раньше на шестьсот – «соболями, белками, лисицами, а также рыбьим зубом». Его сын, Федор Иванович, послал в 1586 году на Синай восемьсот рублей для устройства «неугасимого кадила» у Неопалимой купины и над мощами святой Екатерины.
После Смутного времени помощь со стороны России становится еще более ощутимой. Царь Михаил Федорович – первый из рода Романовых – дарит обители митру с драгоценными камнями. Царь Алексей Михайлович жалует позолоченный складень с изображением Пресвятой Богородицы и Богомладенца (сейчас эта святыня хранится в алтаре храма Преображения, слева от Горнего места).
Во второй половине ХVII века в Синайскую обитель была отправлена дорогая серебряная рака с позолотой для мощей святой Екатерины. Известный путешественник Василий Григорович-Барский, посетивший в 1782 году монастырь, отмечал в своих записках, что «серебряной кивот тот сотвори Царевна Екатерина Алексеевна, сестра государя императора Петра I». Сам же император пожаловал монастырю большое серебряное паникадило.
Не только цари и бояре, но и простые люди считали своим христианским долгом заботиться о далеком монастыре. Трудно перечислить все русские дары, хранящиеся в обители, и лишь некоторые из них можно увидеть в витринах музея.
Синайский кодекс
Характерно, что именно наши соотечественники первыми стали изучать богатейшее культурно-историческое наследие монастыря. Начальник Русской Духовной Миссии в Иерусалиме архимандрит Порфирий (Успенский) приезжал на Синай дважды – в 1845 и в 1850 годах. В первую очередь его интересовало собрание богослужебных рукописей. Среди старинных фолиантов русскому богослову удалось найти настоящее сокровище – Псалтырь 862 года, которая теперь известна как «Синайская псалтырь», или «Псалтырь Успенского».
Он изучил знаменитый Синайский кодекс – рукописную Библию IV века, которая была написана на тончайшем пергаменте и первоначально состояла из девяноста двух непереплетенных тетрадей. Однако первые тридцать шесть пропали, и слухи о них ходили разные. О.Порфирий тогда записал: «… как я слышал, закладены в какой-то монастырской стене».
Эти сведения подтвердились спустя сто с лишним лет. В 1975 году, перестраивая здание после пожара, монахи обнаружили потайную комнату, в которой было спрятано полторы тысячи манускриптов и старопечатных книг. Среди них нашлись и недостающие страницы Синайского кодекса.
Но это далеко не вся история многострадальной рукописи. Большая ее часть, изученная архимандритом Порфирием, была выкуплена Александром II за девять тысяч рублей. На эти деньги монахи в 1871 году пристроили к храму Преображения ажурную колокольню. В России уникальный документ, к сожалению, находился недолго. В 1933 году по личному распоряжению Сталина Синайский кодекс был продан Англии.
Вторая после Ватикана
Всего в монастырской библиотеке хранится свыше 3300 богослужебных рукописей, в основном – на греческом, арабском, сирийском, грузинском, эфиопском и славянском языках. Эта коллекция по своему историческому значению уступает лишь собранию древних фолиантов, хранящихся в Ватикане.
Вслед за о. Порфирием (Успенским) архимандрит Антонин (Капустин) в 1860-х годах предпринял попытку описать и систематизировать эти рукописи. Однако работа над каталогом так и не была завершена.
Многие рукописи до сих пор ждут своих вдумчивых исследователей, а потому не исключены новые находки и открытия в стенах Синайской обители.
Людмила Дианова, фото Даниила Африна
В наши дни уже стало традицией совершать паломничество на Синай. Синайский полуостров находится на территории Египта и разделяет два материка - Азию и Африку. Полуостров представляет собой гористую пустыню с резкими перепадами дневной и ночной температуры, малым количеством дождей и практически непригодными для возделывания землями.
Главной святыней Синая является монастырь святой Екатерины, находящийся в местечке Хорив у подножия горы пророка Моисея (по-арабски Джабль Мусса). Рядом располагается другая известная гора - св. Екатерины (Джабль Катарина). Это две самые высокие вершины Синая. Они также считаются важнейшими духовными и историческими местами полуострова.
Синай имеет особое значение в библейской истории.
Именно здесь примерно за полторы тысячи лет до Рождества Христова на пятидесятый день Исхода еврейского народа из Египта в Землю Обетованную пророку Моисею были даны десять заповедей Господних и другие церковные и гражданские законы, правила богоугодной жизни, записанные впоследствии в книги. Так появилось Священное Писание, известное как Ветхий Завет.
.jpg)
Как повествует Библия, пророк Моисей восходил на гору, беседовал с Богом и получил скрижали Завета. Гора сотрясалась и дымилась, слышались трубные звуки и сверкали молнии. Вокруг была проведена черта. Даже животные не могли приблизиться к ней, чтобы не быть убитыми. Весь народ пребывал в великом страхе и трепете…
Ещё в первые века христианской эры монахи-отшельники, селившиеся тогда во множестве на Синае, с Божией помощью отыскали основные места и стоянки, связанные с Исходом, и то место, где евреи перешли Красное (Чермное) море, а войско фараона потонуло.
Монастырь в честь св. Екатерины уникален и неповторим во всех отношениях. Просуществовав около полутора тысяч лет, он почти не менялся в течение всего этого срока. Монастырь окружён мощной крепостной стеной и действительно напоминает крепость. Бурная и трагическая история человечества почти не коснулась этой обители. Через Синай проходило множество завоевателей, и все они оказывали монастырю покровительство. Мусульмане, крестоносцы, мамелюки, армия Наполеона, египтяне и израильтяне проявляли к обители уважение, одаривали различными привилегиями и заботились о её безопасности.
Когда-то сам Мухаммед, основатель исламской религии, пообещал защиту монастырю. Он принял синайских монахов, обеспокоенных набегами, и настолько восхитился их жизнью и верой, что дал им специальную охранную грамоту, так называемый фирман Мухаммеда, который предоставлял монастырю особое покровительство на все времена.
В музее монастыря хранятся не только старинные иконы и различные реликвии, но и документы, свидетельствующие о покровительстве обители различными правителями и завоевателями.
Монашеская община образовалась здесь в начале IV века. К этому времени относят и строительство первой церкви в честь Пресвятой Богородицы, которая была воздвигнута в период царствования равноапостольных Константина и Елены. В VI веке византийский император Юстиниан повелел обустроить на Хориве монастырь и выделил особую армию для личной охраны строителей и иноков. Со временем воины этой армии смешались с местными бедуинами, однако до конца своих дней они остались верными императорскому приказу заботиться о монастыре и безопасности его монахов.
Бедуины племени Джабалие и сегодня живут вблизи монастыря, зарабатывая на жизнь оказанием различных услуг паломникам и туристам.
В VI веке Синайский полуостров был признан независимым архиепископством, а его духовный глава - настоятель упомянутого монастыря - возведён в сан архиепископа, подчиняющегося лишь Иерусалимскому Патриарху. До сих пор монастырь сохранил свой независимый статус - автокефалию, и его настоятель имеет епископское звание.
В византийскую эпоху Синай получил статус провинции и назывался Третьей Палестиной.
…Дорога к монастырю проходит безлюдной пустынной местностью. Вокруг безкрайний сероватый песок и невысокие горы такого же цвета с сизоватым или красноватым оттенком. Вблизи дороги попадаются немыслимо убогие жилища бедуинов: обтянутые рваной материей или плёнкой деревянные или каменные столбики, сверху ничем зачастую не прикрытые. Около них обычно пасутся такие же неприглядные овцы желтоватого цвета, иногда можно видеть и верблюдов. Однако возле Красного моря налицо уже признаки современной цивилизации: строятся отели и всё, что необходимо для современного отдыха.
Имеется историческое повествование о паломничестве русского путешественника из Святой Земли на Синай в XIV–XV вв. Наш соотечественник был довольно богатый человек. Он нанял караван из тысячи верблюдов и шёл до Синая 15 дней. Такое сопровождение в те времена было отнюдь не роскошью. Ведь через пустыню проходило немало воинственных отрядов сарацин…
.jpg)
В наше время путешествие на Синай по сравнению с прежними веками
можно назвать лёгкой прогулкой. Не помеха и 50-60-градусная жара:
паломнический и туристический транспорт оборудован кондиционерами и
прочими удобствами.
Во время пребывания нашей паломнической группы на Синае с помощью переводчика мы ознакомились с достопримечательностями и историей монастыря и приложились к мощам святой великомученицы Екатерины. В обители хранятся древние иконы V–VI вв. Во дворе в специальном ограждении находится куст Неопалимой Купины, возле которого Моисей беседовал с Богом. Как гласит Священное Писание, куст этот горел огнём и не сгорал.
Неопалимая Купина находится за алтарём главного храма. Изначально она росла на месте алтаря. Её пересадили, когда строили храм. В Библии повествуется, что пророк Моисей слышал голос из горящего тернового куста, повелевающий ему снять обувь, поскольку эта земля святая. По этой причине священники, входящие в алтарь, снимают обувь.
.jpg)
В монастыре сохранился колодец, откуда брал воду будущий вождь еврейского народа, когда пас стада овец своего тестя священника Иофора.
Богослужение совершается по древним канонам. Пение очень простое. Попеременно поют двое монахов на разных клиросах.
Несмотря на крепостные стены и покровительство многих властей, монастырь в древности часто подвергался набегам местных бедуинских племен. В конце концов монахи нашли пути взаимоотношений с нападавшими: варили пшеничную кашу и спускали ее в специальных кожаных мешках по стенам голодавшим кочевникам. И в настоящее время возле монастыря кормится немало арабов и бедуинов.
На самой вершине Екатерининской горы находится церковь в честь св. вмц. Екатерины. Именно на этом месте в IX веке монахи обрели мощи святой. По преданию, их принесли из Александрии на эту гору ангелы. Останки св. Екатерины были с почестями перенесены в один из монастырских храмов, после чего и гора, и обитель стали называться её именем.
С благословения настоятеля монастыря архиепископа Синайского православным священнослужителям разрешается совершать богослужения в двух этих храмах на вершинах гор. Монастырь обеспечивает желающих послужить во славу Божию всем необходимым: богослужебными сосудами, вином, просфорами.
Днём идти на гору Моисея из-за большой жары очень трудно. А ночью в горах бывает довольно прохладно, поэтому приходилось брать с собой тёплые вещи. Восхождение мы начали в десять часов вечера. Идти было довольно тяжело. Жаркий воздух, поднимающийся из пустыни, перехватывал дыхание.
Путь до вершины вполне обихожен. По пути следования
встречается немало освещённых киосков. Они работают даже в ночное
время. Там продают воду, сувениры и сладости. На небольших стоянках
находятся погонщики верблюдов вместе со своими питомцами. Предлагают
за пятнадцать зелёненьких довести на своём «транспорте» почти до
вершины горы.
.jpg)
Ежедневно гору пророка Моисея посещают десятки паломнических и
туристических групп. Встретить рассвет на вершине стремятся люди со
всего мiра. Бытует такое поверье, что тому, кто встретит здесь
рассвет, отпустятся все грехи…
Едва начало светлеть небо, мы подошли к храму Святой Троицы, пропели праздничные песнопения и отправились в обратный путь. Рядом с храмом находится памятная скала. На ней словно след от ожога. Внутри этой скалы сохранилась пещера, где пророк Моисей беседовал с Богом, видел Славу Господню и получил скрижали Завета.
…Спускались мы по монашеской тропе. По пути следования проходили памятные места: храм в честь пророков Божиих Илии и Елисея, где сохранилась пещера, в которой скрывался пророк Илия, преследуемый разгневанной царицей Иезавелью, обозревали предполагаемое место, где евреи сделали золотого тельца, когда Моисей находился на горе и беседовал с Богом…
Следует сказать, что известность Екатерининской горы намного меньше, да и высота её составляет 2642 метра. Однако шли мы на эту гору более спокойно, на всём пути нашего подъема и спуска никто нам не встретился. Наконец, с Божьей помощью добрались до вершины, вошли в низенький храм, разделённый на три небольших помещения. В нём есть всё для богослужения и проживания: богослужебная комната с алтарём, трапезная, уголок, где можно немного отдохнуть. В алтарной части храма из пола выступает камень с небольшой вмятиной. Как раз на этом месте и были обретены мощи святой великомученицы Екатерины.
Несмотря на безсонную ночь и долгий нелёгкий путь, усталости почти не ощущалось. Душевная радость, неземная красота гор и несказанная благодарность Богу - вот что запечатлелось в памяти после этого восхождения.
Владимир Борисович ПАНКОВ
Некто другой – тот, кто был вместе с автором от чрева матери, рассказывал следующее: «Когда три года назад я из пустыни взошел на Святую Гору, то за три дня до праздника Святой Вершины ночью я видел, как бы находясь в похождении из себя, самого себя пребывающим в одном дворце. И кто-то спросил меня: “Почему ты пришел сюда, господин авва?” А когда я ответил, что пришел, дабы от всей души поклониться Царю, то он сказал мне: “Раз так, то, если просишь, поднимись к Нему, пока Он не стал принимать массу [других людей]. И то, о чем ты попросишь, Он подлинно даст тебе”. Так и произошло, слава Ему! Ибо когда я пришел в себя после видения, – продолжил он рассказ свой, – и стал рассуждать о виденном и слышанном, то обратился с просьбой [помочь мне] к служащим на этом святом месте; затем, взяв пресвитера и все необходимое, за день до праздника взошел на Святую Вершину, и там мы совершили богослужение. Я попросил у Бога [потребное мне], и Он удовлетворил мою просьбу, как о том опытно свидетельствуют [последующие] события».
I, 8
Некоторое время назад, по Домостроительству Господню, случился в нашей пустыне мор, и некоторый святой и добродетельный отец преставился; его похоронили в усыпальнице отцов. На следующий день также умер, но только один из нерадивых братий, которого похоронили над останками святого мужа. И еще через один день скончался другой отец; когда пришли [в усыпальницу], чтобы положить тело его, то обнаружили, что святой муж сбросил на землю останки грешного брата. [Пришедшие], считая, что это произошло случайно, а не чудесным образом, подняли с земли останки брата и опять положили их на [святого] отца. Но придя утром, [братия] нашла, что отец вновь сбросил с себя [грешного] брата.
Святой отец наш игумен, узнав об этом, пришел в усыпальницу и сказал почившему старцу: «Иоанн, называемый аввой Иоанном, при жизни ты был кротким и долготерпеливым». Затем, взяв собственными руками останки [нерадивого] брата, положил их сверху на старца и опять сказал ему: «Терпи, авва Иоанн, брата, хотя он и был грешником, как терпит грехи мира». И с того дня старец уже не сбрасывал [с себя] останки брата.
I, 9
В сорока милях от Святой Горы есть угрюмое и весьма суровое место, именуемое Турва. В нем обитал один досточудный старец и его ученик. Из Константинополя пришли два экскувита, братья-близнецы, которые, отрекшись [от мира], удалились на Святую Гору при святом игумене нашем Иоанне. Пробыв два года в монастыре, они удалились отшельничать в Турва, где обитал великий старец. Прожив там некоторое время, они умерли.
Старец и его ученик, взяв останки их, пошли и погребли их в одной пещере. Спустя немного дней преставился и старец; ученик, естественно, почитавший его, положил останки его между телами двух экскувитов. На третий день он пришел в пещеру воскурить благовония старцу и обнаружил, что экскувиты сбросили останки [учителя], по поводу чего он сильно восскорбел. И опять положил [старца между ними], а когда следующий раз пришел, то снова нашел то же самое; так же и в третий раз. Тогда ученик начал сетовать, говоря себе: «Может быть, старец придерживался [какой-нибудь] ереси в душе своей или имел непрощенный грех, а потому новоначальные вот уже трижды сбрасывают его, извергая из среды своей?»
Когда он так в слезах рассуждал с самим собой, ночью перед ним предстали два экскувита и сказали: «Поверь, человек, старец не был еретиком и не имел никакой вины, но [подлинно] есть раб Христов. Но ты, – как ты не понимаешь, что мы родились вместе, вместе служили земному царю как воины, вместе отреклись [от мира], вместе были погребены и вместе предстаем Христу. А ты разделил нас и положил между нами другого». Видя и слыша это, брат был убежден и прославил Бога.
I, 10
Авва Мартирий, постригший святого отца нашего игумена, некоторое время обитал в заливе святого Антония на той стороне Красного моря. И когда он там пребывал, случился набег неких диких варваров на обитателей тамошних гор: варвары опустошили место и убили шесть отцов. Среди них был и авва Коном, муж прозорливый и облеченный даром пророчества. Авва Мартирий, взяв тела убиенных, положил их в одной пещере, вход в которую завалил большой плитой и замазал известью; [на плите] начертал имена святых.
Спустя некоторое время он пришел посмотреть, не подкопали ли [вход] в гроб гиена или какой-либо другой дикий зверь. Придя, он нашел, что и надписи, и защита гроба находятся в сохранности, но, отвалив [плиту] и войдя внутрь, обнаружил, что два тела – аввы Конона и еще одного великого старца – куда-то перемещены Богом, а куда – знает только Он один.
I, 11
Тот же самый авва Мартирий, когда он постригал святого отца нашего игумена Иоанна, достигшего двадцатилетия, взял его и пошел к столпу нашей пустыни Иоанну Сав[в]аиту, проживающему в пустыне Гудда и имеющему жившего с ним ученика – авву Стефана Каппадокийца. Когда старец Сав[в]аит увидел их, то он, встав, налил воды в небольшой таз, омыл ноги ученика и поцеловал ему руку, а авве Мартирию, его [духовному] руководителю, ног не омыл. Это ввело в соблазн авву Стефана. Когда авва Мартирий и его ученик удалились, то Иоанн, прозорливым оком видя соблазн своего ученика, сказал ему: “Почему ты соблазнился? Поверь, я не знаю, кто этот отрок, но я принял игумена Синая и игумену омыл ноги”».
И спустя сорок лет [этот Иоанн] стал нашим игуменом, согласно пророчеству старца.
I, 12
Не только авва Иоанн Сав[в]аит, но и авва Стратегий Затворник, хотя oн и никуда не выходил, видел авву Иоанна в день, когда того постригал игумен авва Анастасий, сходящим со Святой Вершины. Позвав авву Мартирия и самого отрока, [Стратегий] сказал старцу: «Скажи мне, авва Мартирий, откуда этот отрок и кто постригал его?» Авва Мартирий ответил ему: «Он, отец, мой ученик и твой раб, а постригал его игумен авва Анастасий». Тогда авва Стратигий сказал ему: «О, авва Мартирий, кто осмелится сказать авве Анастасию, что сегодня он постриг [будущего] игумена Синая?»
Достойно, подлинно и справедливо святые отцы пророчествовали о всесвятом отце нашем Иоанне. Ибо он украсился и просиял всякой добродетелью, так что отцы места этого прозвали его вторым Моисеем. По крайней мере, когда сюда пришли около шестисот странников и они, сев, стали вкушать пищу, то святой отец наш Иоанн видел некоего [мужа], коротко постриженного и облаченного в одежду тонкого полотна на иудейский лад, который властно распоряжался, отдавая приказы поварам, экономам, келарям и прочим служителям. После того как толпа [странников] ушла, а прислуживающие сами сели, чтобы поесть, отец наш стал искать того, кто ходил повсюду и отдавал распоряжения, но не нашел его. Тогда [наш] игумен, раб Христов, сказал: «Оставь его. Господин Моисей не сделал ничего странного, служа в собственном своем месте».
I, 13
Был здесь и другой [подвижник], по прозвищу Исавр, муж духоносный и преизобилующий даром исцелений. Опять же в [монастырской) лечебнице лежал расслабленный, и [однажды] пред ним предстала Владычица наша Богородица и сказала ему: «Иди к игумену: он сотворит над тобой молитву – и ты излечишься». Расслабленный, волоча [свое тело], вышел и пришел к игумену. По Домостроительству Божиему, когда он постучал [в ворота], то не нашлось никого, кроме игумена, кто бы вышел и открыл ему. Когда же тот вышел и открыл [ворота], то расслабленный сказал ему: «Не отпущу тебя, потому что Богородица послала к тебе». Сильно понуждаемый [просьбами расслабленного], старец снял свой пояс, сказав: «Возьми его и опоясайся им». Когда же расслабленный одел пояс, то тут же встал и пошел, благодаря и восхваляя Бога.
I, 14
Местность, [под названием] Арселайя, где и я обитал три года, труднодостижима из-за бурных потоков от таявших снегов. Я встречал двух обитающих там отцов, [родом] армян – авву Агафона и авву Илию, пресвитера. Однажды авва Илия говорит авве Агафону: «Брат, приготовься, потому что в течение десяти дней ты отойдешь ко Господу, ибо сегодня я видел тебя облаченного в новый гиматий и идущего на царский свадебный пир. Когда же ты постучал [в дверь], то я услышал голос Хозяина Дома, гласящий: “Хорошо, что ты пришел, авва Агафон. Приготовьте место и откройте ему”». Так и случилось: в течение пяти дней авва Агафон отошел ко Господу.
I, 15
В той же местности жил авва Михаил Ивер, пять лет назад отошедший ко Господу. Этот Михаил обрел себе ученика по имени Евстафий, который прибыл в Вавилон, желая, чтобы [врачи] обследовали его руку. [Он рассказал следующее]. Авва Михаил [серьезно] занемог, а Евстафий находился при нем, рыдая. А кладбище тамошних [почивших] отцов было [в то время] труднодостижимым и [путь к нему] очень опасен из-за обвала, [завалившего дорогу] гладкими камнями. Авва Михаил сказал Евстафию: «Чадо, возьми меня, чтобы я смог помыться и приобщиться [Святых Таин]». Когда это произошло, то Михаил опять сказал ему: «Ты знаешь, чадо, что путь вниз, к кладбищу, опасен и скользкий, и если я умру, то ты и себя подвергнешь опасности, спуская и перенося меня туда, ибо можешь упасть и погибнуть на круче. Поэтому пойдем с тобою потихонечку вдвоем». После того как они спустились, старец сотворил молитву, ласково облобызал Евстафия и изрек: «Мир тебе, чадо, и молись обо мне». Затем, преисполненный радости и ликования, лег в гроб и отошел ко Господу.
I, 16
Когда год назад святейший наш игумен Иоанн, новый и второй Моисей, собрался отойти ко Господу, то пришел к нему епископ Георгий, его родной брат, и, сетуя, сказал: «Вот, ты меня оставляешь и уходишь. А я ведь молился, чтобы ты отправил меня [ко Господу] раньше себя. Ибо я без тебя не способен пасти свою паству». Авва Иоанн отвечал ему: «Не скорби и не печалься, ибо если я обрету дерзновение к Богу, то не оставлю тебя [одного], и ты даже не насытишь годового цикла [жизни своей]». Так и случилось: в течение десяти месяцев по прошествии зимних дней епископ с миром отошел ко Господу.
I, 17
В той же местности Арселайя, о которой речь шла выше, был авва Георгий, прозванный Арселаитом, прославившийся в нашей пустыне, о многих и великих чудесах которого рассказывали нам многие [мужи]. Из этих чудес я попытаюсь кратко остановиться лишь на немногих.
Когда путь из Палестины был захвачен варварами, то на Святой Горе возникла большая нехватка масла. Тогда игумен спустился в Арселайю и призвал человека Божия Георгия взойти на Святую Гору. Не имея возможности ослушаться игумена, Георгий поднялся вместе с ним [на Гору], и игумен ввел его в хранилище масла, попросив сотворить молитву над пифосами, бывшими совсем пустыми. Авва же мягко сказал игумену: «Отец, сотворим молитву над одним только пифосом, ибо если сотворим молитву над всеми, то погрузимся в масло, [как в море]». Они сотворили молитву над одним пифосом и тут же масло забило, словно из источника. Старец тогда сказал прислуживающим [новоначальным инокам]: «Начерпайте и перелейте в остальные пифосы». Когда все [сосуды] наполнились, то [первый] пифос перестал изливать из себя [масло], как это некогда случилось с Елисеем (см. ).
Игумен после этого возжелал назвать пифос именем аввы Георгия, однако тот сказал ему: «Если ты когда-ни будь сделаешь это, то масло иссякнет, а поэтому назови пифос именем Святой Владычицы нашей Богородицы». Так и случилось. И доныне сохраняется этот пифос, а над ним весит прикрепленная [к стене] неугасимая лампада во имя Святой Богородицы.
I, 18
Однажды к этому же праведному Георгию пришли восемь голодных сарацин, а у него не было ничего из [вещей] мира сего, чтобы он мог нечто дать им, ибо из съедобного имел только плоды диких каперсов, своей горечью могущие уморить и верблюда. Видя сарацин, ужасно страдающих от голода, старец сказал одному из них: «Возьми лук свой, перейди через этот холм, и найдешь стадо диких козлов. Застрели одного, которого пожелаешь, но не пытайся застрелить другого».
Сарацин пошел, как сказал ему старец, застрелил одного козла, схватил и заколол его. Когда же он попытался застрелить другого, то лук его сломался. Придя и принеся мясо, он рассказал товарищам о том, что случилось с ним.
I, 19
Тот треблаженный [муж] воскресил, запечатлев знамением креста, своего ученика, которого укусил аспид и который был уже готов испустить дух, а аспида, словно акриду, разорвал собственными руками. Своему же ученику запретил говорить об этом вплоть до своей смерти.
I, 20
И сколь же [удивительной] была этого великого отца или, лучше, преставление его через смерть к жизни вечной! Ибо заболев в пещере своей, где лежал на циновке, он послал одного сарацина- христианина в Аилу, чтобы тот позвал возлюбленного [брата] старца и сказал ему: «Приходи, дабы я попрощался с тобой прежде, чем отойду к Господу». А путь [до Айлы] был расстоянием в двести миль.
После двенадцати дней старец, лежащий на циновке, сказал своему ученику: «Поторопись и зажги огонь, ибо братия уже подходят». И как только ученик зажег огонь, то сразу же в пещеру вошли [посланный] сарацин и возлюбленный [брат] старца из Айлы. Старец сотворил молитву, обнял обоих [пришедших] и, причастившись Святых Таин, лег [на свою подстилку] и отошел ко Господу.
I, 21
Авва Кириак рассказывал нам об авве Стефане – наставнике своем. Когда старец, по его словам, пребывал в Малахане – месте, вследствие таяния снегов труднодоступном и почти недоступном (в нем я и сам некогда бывал), отстоящим от Святой Горы на сорок миль, пройти которые было очень тяжело, – то там старец сажал зелень, которую употреблял в пищу, ибо ничего другого он не ел. Однажды пришли дикие свиньи, они съели растения и опустошили [поле].
В один из дней, когда старец сидел и сокрушался, он увидел проходящего мимо леопарда и позвал его. Зверь сел у ног его, а старец сказал ему: «Сотвори любовь и не уходи отсюда, но охраняй мой маленький садик – ты поймаешь диких свиней и съешь их». И леопард остался вместе со старцем продолжительное время, охраняя его маленькие овощи до тех пор, пока старец не отошел ко Господу с радостью.
I, 22
В той же местности Малахане пребывал и божественный Иоанн Сав(в]аит вместе с великим Димитрием – царским старшим врачом. В один из дней они увидели на песке одного горнего потока след огромного дракона. Димитрий сказал великому Иоанну: «Авва, уйдем отсюда, иначе зверь нападет на нас». Авва же Иоанн ответил ему: «Давай лучше помолимся». Когда они стали на молитву, то зверь находился в двух стадиях от них. И вот они видят, как по Божиему повелению этот зверь вдруг поднялся вплоть до облаков, а затем с грохотом обрушился на землю и рассыпался на множество мелких частей.
I, 23
Авва Иоанн Римлянин, ученик чудного Иоанна Сав[в]аита, о котором речь шла выше, рассказывал мне следующее: «Когда обитали мы в Арселайе, то однажды взрослая дикая свинья принесла своего маленького детеныша, влача его в зубах своих, и положила его, бывшего слепым, к ногам старца. Видя слепоту детеныша, святой плюнул на землю, сделал брение, помазал им глаза детеныша – и тот сразу же прозрел. Мать же его, приблизившись, ласково припала к стопам старца, а затем, забрав детеныша, радостно запрыгала прочь.
На следующий же день она принесла старцу тяжелый кочан капусты, с большим трудом влача его во рту. Святой муж, улыбаясь, сказал ей: “Откуда ты принесла его? Наверное, похитила из садиков отцов? А я ворованного не ем. Поэтому возьми [кочан] и отнеси его обратно туда, откуда ты его взяла”. И как бы устыженное животное взяло кочан капусты и отнесло его в тот садик, откуда похитило».
I, 24
В другой раз, как говорит он, случилась великая засуха в пустыне: собрались большие стада диких коз, и они проходили по всем горам и частям Арселайи в поисках питьевой воды, но не находили ее. Был август месяц. И когда все [огромное] стадо их было близко к тому, чтобы погибнуть от жажды, козы забрались на вершину самой высокой горы пустыни, и все эти животные, устремив глаза свои к небу, единодушно издали крик, словно вопияли к Творцу. Поскольку же, по его словам, они, славя Господа, не покидали своего места, то именно только в этом одном месте и снизошел дождь. Они напились, согласно словам пророка: «Дающему скотом пищу их, и птенцем врановым призывающим Его» ().
I, 25
Эта глава, достойная повествования и памяти, показывает, что злословие является [грехом] ужасным и мучительным. Тот же самый чудный Иоанн Сав[в]аит рассказывал следующее: «Однажды, когда я находился в самой дальней пустыне, пришел навестить меня один брат из монастыря. Я спросил его, как обстоят дела у отцов. Он ответил: “По вашим молитвам, хорошо.” Далее я спросил его о некоем брате, пользовавшимся дурной репутацией и славой. Он ответил: “Полагаю, отец, что он не избавился от такой славы.” Услышав это, я сказал [с осуждением]: “Уф!”
И как только я произнес это “Уф!”, то оказался, словно в нахождении из самого себя во время сна, напротив святой Голгофы, где был распят Господь между двумя разбойниками. Я хотел приблизиться и простереться ниц перед Ним, а Он, увидев это, громким голосом повелел стоящим рядом с Ним Ангелам: “Извергните его вон, потому что он антихрист для меня, ибо осудил брата своего еще до Моего Суда”. Когда я был изгнан и оказался за дверью, то плащ мой, зацепившись, застрял в двери, которая была закрыта. Я оставил его там и тут же очнулся. Пришедшему же ко мне [брату] я сказал: “Это дурной день для меня”. А он спросил: “Почему, отец?” Тогда я рассказал ему о том, что видел, и сказал: “Поверь, плащ мой – покров Божий надо мною, а я его лишился”.
С того дня, как бы воздавая славу Господу, я провел семь лет в скитании по пустыням, не вкушая хлеба, не имея крова над головой и не встречаясь [ни с одним] человеком до тех пор, пока я [вновь] не увидел Господа, позволившего вернуть мне плащ мой».
Мы же, услышав это о чудном Иоанне, можем только сказать: «Если праведник едва спасется, то нечестивый, грешный и блудник где явится?» ().
I, 26
Чудным отпрыском нашей пустыни стал Орент, об удивительных деяниях которого рассказывают святой отец наш игумен и некоторые другие отцы.
Как говорит [игумен], этот [муж], чтобы возжечь в себе светильник Святого Духа, тушил пламень зримого огня, постоянно беря своими руками раскаленные угли и разжигая ими кадило. В один из дней, когда некие чужестранцы пришли навестить его, старец решил, приветствуя их, покадить благовониями перед ними. Но вследствие действия ненавистника добра только он прикоснулся к огню рукой своей, как тот сжег средний палец, растерзав и нерв его. С тех пор, если ему приходилось когда-нибудь писать письмо, то он подписывал его [словами] «Орент с сожженной рукой».
Впрочем, благодать Божия не отошла от старца, и Господь сотворил через него многие знамения. Однажды на Святую Гору пришла некая жена патрикия, имевшая при себе страждущую [беснованием] дочь; узнав про старца, она пожелала поклониться ему. Святой не принял ее, но, взяв одну виноградную гроздь, послал ей. Бес, [сидящий] в девушке, увидев эту гроздь, стал кричать: «Зачем ты пришел сюда, авва Орент?» И приведя в сотрясение девушку, покинул ее.
I, 27
Авва Авраамий, протопресвитер, рассказывал нам следующее: «Когда авва Орент умирал, то я, авва Сергий, епископ Айлы, и некоторые другие сидели рядом с ним. Видя явление Ангелов, старец сказал епископу: “Сотвори молитву, отец”. Сотворив молитву, мы снова сели, а старец еще раз сказал епископу: “Сотвори молитву”. После свершения ее старец опять обратился к епископу: “Видишь, великий господин, сколь много воронья слетелось сюда, но по благодати Христовой я не обратил внимания на них, и ни один из них не приблизился ко мне”. Сказав это, старец, в мире и радости отошел ко Господу».
I, 28
Когда умирал авва Стефан Византиец, бывший хартуларий стратига Мавриана, то присутствовали я и Феодосий Африканец, ставший [впоследствии] епископом в Вавилоне. При чтении псалма «Блажени непорочнии» (), который обычно читается при исходе души из тела, умирающий внезапно взглянул грозным оком и сурово сказал тому, кого видел он [один]: «Зачем ты пришел сюда? Иди во тьму внешнюю: ты не имеешь ничего [общего] с нами. Часть моя – Господь». И когда мы, поспешая, дошли в чтении псалма до стиха: «Часть моя еси, Господи» (), тогда авва предал дух свой Господу. Мы искали в келлии плащ, чтобы [в новом одеянии] похоронить его, но ничего не нашли, хотя [в миру] он был богат и славен.
I, 29
Другом этого блаженного мужа и в миру, и в [подвижническом] образе [жития] – был мой авва Епифаний Затворник, два года назад отошедший ко Господу. О его твердости и терпении как в подвижничестве, так и в [преодолении человеческой] немощи можно было бы многое рассказать. Он проявил такую степень [преуспеяния], что казалось, будто в нем нет ничего, кроме духа и костей.
В начале его затворничества пред ним предстал Ангел Господень и сказал ему: «Если ты будешь с терпением служить Христу, то удостоишься дара Святого Духа». По благодати Божией это и произошло. Он воспринял великое богатство и свет сияния Святого Духа; благодаря Божественному Свету видел бесовских духов мрака, часто входящих в келлию его, иногда играющих им, а иногда бьющих его для испытания. Он же, как бы вооруженный силой Христовой, часто откровенно смеялся над ними и презирал как бессильных.
Обычаем этого святого [мужа] среди нас, переданных ему издавна, было следующее: за исключением [крайней] нужды не встречаться до четвертого часа ни с кем, даже с прислуживающим ему [иноком]. Однажды, предузнав от Бога о своем отшествии ко Господу, этот раб Христов вечером сказал своему ученику: «Завтра приди рано утром, толкни дверь и войди ко мне, потому что хочу показать нечто полезное для тебя». Раб Христов был [рабом] неложным: рано утром он открыл [дверь] и вошел внутрь; [в келлии] он нашел святого обратившим лицо свое к востоку и отошедшим ко Господу. Учеником же старца является Захария житель Вавилона, где он был золотых дел мастером.
I, 30
Незадолго до нашего времени в дни Великого поста один из отцов взял своего ученика и сказал ему: «Чадо, в эти святые дни укрепим [наше подвижническое] житие. Пройдем через пустыню, и наверняка удостоит нас чести видеть кого-нибудь из рабов Его, отшельников, и взять у него молитвенное благословение». Когда они проходили уделы [пустыни] Сидид, то увидели внизу, в глубочайшем ущелье, келлию и [рядом с ней] деревья, покрытые, вопреки сезону, всевозможными плодами.
Спустившись и приблизившись, мы закричали: «Благословите, отцы». Нам ответили: «Хорошо, что пришли, отцы». И как только прозвучали эти слова, то все сделалось невидимым: и келлия, и деревья. Вернувшись, мы опять поднялись на вершину той горы, откуда мы видели келлию, и, вновь увидев ее, спустились. Приблизившись, снова произнесли приветствие. Когда же нам ответили, то опять все стало незримым.
Тогда я сказал брату: «Пойдем, чадо, и доверимся Богу, [уповая], что поскольку рабы Христовы сказали нам: “Хорошо, что пришли, отцы”, постольку и Христос подлинно удостоит нас, за их заступничество, моления, тяжкие труды и пот, того, чтобы мы пришли к ним в будущем веке».
I, 31
Гудда – место, имеющее садик, отстоит от Святой Купины на пятнадцать миль. В этом месте обитал авва Косьма Армянин вместе со мною. В один из дней [недели] каждый из нас уходил в пустыню, чтобы наедине поупражняться в созерцании Бога. Удалившись от келлии на две мили, он оказался перед входом в некую пещеру и увидел внутри трех возлежащих [мужей], облаченных в льняные коловии; он не знал, являются ли они живыми или мертвыми. Тогда он решил вернуться в свою келлию и взять кадило и таким образом, [кадя им], войти к святым отцам. Со всей тщательностью обозначив это место и набросав там камней, он пришел в свою келлию, взял авву Косьму и вернулся назад. Они долго искали это место и [оставленные там] знаки, но не смогли ничего найти. Ибо в обычае у отшельников, как живых, так и преставившихся, являться [людям], когда они сами того пожелают, и скрываться, когда сами того хотят, [и все это] благодаря силе Божией.
I, 32
В грозном ущелье Сидида обитал [один] святой муж, имеющий при себе и своего ученика. Однажды этот муж послал ученика в Раиф, а спустя три дня старец, будучи в пустыне в месте пересечения [троп] и пребывая в божественном созерцании, увидел своего ученика, идущего издалека; полагая, что [это идет] сарацин, старец, желая быть сокрытым, преобразился в финиковую пальму. Ученик, дойдя до этого места, увидел пальму и ударил ее рукой, с удивлением сказав: «Откуда взялась здесь эта пальма?»
Затем старец, Божией дланью перенесенный в их пещеру, оказался там раньше своего ученика. На следующий день, радостно приветствуя его, старец сказал: «В чем провинился я перед тобою, брат, что ты вчера ударил меня?» А ученик, пав на землю, [все] отрицал, не ведая, в чем дело. Тогда старец объяснил, что пальмой был он сам: упражняясь в божественном созерцании и не желая встреч с людьми, он преобразил себя, приняв вид пальмы.
I, 33
О подобном же случае рассказал мне и авва. Матфий. Он поведал следующее: «Когда я обитал в Арандуле, то, для того чтобы преподать Святое Причастие пленникам той пустыни, я имел Святые Дары вверху, в святом [нашем] храме, и они были надежно закрыты на ключ в сундучке. Однако часто, когда я приходил в воскресенье туда, я находил дарохранительницу открытой, по поводу чего [очень] скорбел. Затем я начинал пересчитывать святые частицы и запечатлевал сундучок воском при помощи пальца. Когда же в следующее воскресенье я вновь приходил, то обнаруживал и печати, и запоры целыми, а открыв [дарохранительницу], находил, что три частицы отсутствуют.
Как-то раз ночью, накануне воскресенья, после того как я [долго] упражнялся [в молитвенном созерцании], предо мною предстали три монаха и разбудили меня такими словами: “Встань, [настало] время канона”. Я спросил у них: “Кто вы, отцы, и откуда?” Они ответили: “Мы – грешники, которые часто приходят [сюда] и причащаются. Однако ты об этом больше не заботься”. Тогда я понял, что они суть святые отшельники, и возблагодарил Бога, даровавшего роду нашему таковых [мужей]».
I, 34
Блаженные подвижники не желали быть видимыми не только христианами, но и сарацинами, увещевая [их тем самым] к благочинию и [призывая] не беспокоить монахов, [обитающих] здесь.
Среди них был [один] сарацин, [живший] у входа в Арселайю, называющийся Мундир. Он рассказал нам следующее: «Однажды зимой, когда я пас своих коз, то неожиданно оказался около сада, полного всякого рода плодов и имеющего источник воды. И увидел я некоего престарелого мужа, сидящего у источника, а также [рядом с ним] множество коз, пришедших туда напиться. Остолбенев от изумления перед таковым зрелищем, я услышал голос старца, обратившегося ко мне: “Набери в свой мазафин столько плодов, сколько можно унести”. Собирая плоды, я услышал, как монах сердито обращался к одному большому козлу, бодающему [других] козлов и коз и не позволяющему им мирно напиться, говоря так: «Послушай, сколько раз я увещевал тебя [не делать этого], но ты не перестаешь драться с товарищами твоими. Благословен Господь, потому что на другой день ты не будешь пить от воды сей”.
Я удалился, а на следующий день вернулся, взяв с собою собак своих, и стал разыскивать то место. Места я не нашел, но нашел стадо коз; мои собаки бросились [за ними] и задрали того козла, к которому обращался старец, – я [сразу] узнал его. [Тогда я вспомнил, как] старец сказал ему: «Благословен Господь, потому что на другой день ты не будешь пить от воды сей”».
I, 35
Другой сарацин как-то позвал одного из здешних братий: «Послушай, пойдем со мною, и я покажу тебе садик анахорета». Брат последовал за ним в пределы [местности] Метмор, и когда они взошли на вершину одной горы, то сарацин показал ему в ущелье сад и келлию [около него]. Затем он сказал брату: «Спустись вниз ты один, чтобы отшельник из-за меня, поскольку я не являюсь христианином, не убежал и не скрылся». Когда брат спускался, то сарацин, под действием диавола, закричал ему: «Возьми свои сандалии, авва, ибо ты оставил их здесь». Брат же, обернувшись назад, ответил, что не нуждается в них. Однако, повернув опять лицо свое, чтобы спускаться вниз, он обнаружил, что и сад, и келлия сделались незримыми. И вплоть до нынешнего дня они [никому] не являлись: ни монаху, ни сарацину. А монах же, [ходивший с сарацином], долгое время сокрушался и говорил: «То, что претерпела жена Лота, обернувшаяся назад (), и я претерпел».
Неправильно думать, что Святая земля -- это только территория Израиля. Библейские события происходили и в Северо-Восточном Египте, поэтому православное паломничество всегда подразумевало путешествие на Синай. Наш корреспондент Екатерина СТЕПАНОВА провела неделю в монастыре святой Екатерины и подружилась с местными жителями: монахами, бедуинами и туристами.
Монастырь св.Екатерины
Немного снега для монахов
Туристы -- в некотором смысле тоже местные жители Синая, и хотя их контингент ежедневно меняется, присутствуют они здесь постоянно. Сотни людей каждую ночь с одинаковым упорством поднимаются на вершину горы Хорив. Но лишь последние сто лет Египет стал таким доступным, а раньше, когда не было железных дорог и самолетов, паломничество на Синай было настоящим подвигом. Оно длилось долгие месяцы и даже годы. Боголюбивые князья, которые не могли оставить семью и дела на такое время, финансировали путешественников из своей казны, чтобы послушать потом их рассказы о христианских святынях. Первым свои заметки о путешествии на Синай оставил иеромонах Киево-Печерской лавры Варсонофий, пришедший в Египет пешком через Палестину в 1462 году. В своих записках он подробно описал монастырь святой Екатерины, гору Хорив, где святой пророк Моисей видел неопалимую купину и получил заповеди. А у «златоструйного Нила» Варсонофий встретил «лютого зверя» -- крокодила, который произвел на него сильное впечатление. Если бы инок оставил зарисовки, вышла бы на бумаге «водяная тварь с головой лягушки, хвостом сома, о четырех ногах и с человечьими глазами». Но первый иллюстрированный рассказ о паломничестве в Египет был издан только через триста лет. «В августе 1724 года в возрасте двадцати трех лет киевлянин Василий Григорович-Барский пошел пешком в Рим, -- рассказывает Виктор Комиссаров, директор московского Музея путешествий и паломничества по святым местам, -- затем он отправился на Корфу, Кефалонию, Зант, Хиос, Солун и Афон, потом в Палестину, Сирию и оттуда весной 1727 года пришел в Аравию на Синай».
Григорович-Барский путешествовал с попутчиком-эфиопом, и когда синаиты, боявшиеся иноплеменников, увидели их вместе, то приняли за бедуинских лазутчиков и не пустили внутрь монастыря-крепости. Только когда эфиоп ушел ночевать в горы, монахи открыли для европейца подземный ход. Греки показали гостю монастырские святыни, разрешили сделать обмеры древних икон и зарисовки местности. Как мы узнали из его «путника» -- путевого дневника, Василий поднимался на гору Святой Екатерины. В тот год на вершине выпал снег, и Василий принес для монахов немного в своей котомке. На прощание синаиты подарили Григоровичу-Барскому осла и припасы для дальнейшего путешествия.
«Василий вернулся в Киев только в возрасте сорока шести лет, -- говорит Виктор Комиссаров. -- Он странничал половину жизни и принес из своего хождения множество рисунков, планов и схем, чтобы издать в Киеве книгу о святых местах. В то время тексты Священного Писания были у всех на слуху, но мало кто мог представить, как выглядит пустыня, по которой Моисей водил евреев, и что за куст такой неопалимая купина? Поэтому иллюстрированный “путник” Григоровича-Барского пользовался большой популярностью, был семейной настольной книгой и несколько раз переиздавался. В наше время все наоборот: люди много путешествуют, видят христианские святыни своими глазами, но, увы, редкий паломник хотя бы раз читал Ветхий Завет с начала до конца».
Интерьер базилики Преображения в монастыре, где хранятся мощи святой Екатерины
Невеста Христова
Святая Екатерина никогда не бывала на Синае, но ее здесь почитают особо. Даже местные бедуины-кочевники любят святую великомученицу и, надеясь на ее помощь, называют в ее честь своих дочерей. Хотя большинство из них мусульмане, в день памяти святой бедуины надевают праздничные одежды и всей деревней, вместе с синайскими монахами и многочисленными паломниками, поднимаются на соседнюю со знаменитой горой Хорив вершину, где были найдены мощи великомученицы. Святая Екатерина родилась в 294 году в восьмистах километрах от этого места, в Александрии. Она окончила языческую школу, изучала философию, риторику, поэзию, музыку, математику, астрономию и медицину. Умная, знатная и красивая, она не имела недостатка в женихах, но отвергала все предложения в поисках лучшего. Монах-сириец рассказал ей об Иисусе Христе, Небесном Женихе души. Святая Екатерина дала обет стать невестой Христовой. Тогда Господь явился ей и в знак своего согласия подарил обручальное кольцо. Во времена жестоких преследований христиан при императоре Максимилиане Екатерина публично заявила о своей вере в Иисуса Христа и обвинила императора в том, что он приносит жертвы идолам. Максимилиан не мог ее переубедить сам и пригласил на помощь пятьдесят мудрецов, но все было тщетно. Более того, святая Екатерина сама убедила мудрецов в истинности веры во Христа, цитируя при этом древнегреческих философов. Она смогла обратить в христианство даже членов семьи императора и часть римской аристократии. Максимилиан был в ярости и приказал убить упрямую царевну. После страшных пыток, колесования и мученической смерти тело святой исчезло. Ангелы перенесли ее мощи на вершину самой высокой горы на Синае, где их и нашли монахи через триста лет. Бывший здесь монастырь переименовали в честь святой великомученицы. С тех пор каждый день в двенадцать часов ее мощи выносят в серебряном ковчеге в центр главного храма -- базилики Преображения, ставят на покрытый красным сукном стол, и паломники благоговейно прикладываются к ним. Всем, кто приходит помолиться к святой Екатерине, дарят серебряное колечко, освященное на ее мощах.
Бедуины
Русский след
Рассказы путешественников разных лет о подвигах первых монахов-пустынников поразили воображение русских людей. Они полюбили далекий Синай и святую великомученицу Екатерину. Милостыня из России потекла в Египет рекой. Жертвовали все: и знатные люди, и простые. Дважды посылал на Синай дары царь Иван Грозный. В первый раз в 1558 году в ответ на прошение Александрийского патриарха о милостыне на восстановление монастыря, доставленной тремя синайскими старцами, царь написал: «Ты бы, отче, в Синайской горе велел молить Бога о нашем здравии» -- и отправил на Синай «рухляди» на тысячи золотых: церковную утварь, облачения, собольи шубы на бархате, шелковый, золотом шитый покров на мощи святой Екатерины, иконы и еще сотни золотых рублей. Второй раз Иван Грозный посылал милостыню на Синай в 1582 году об упокоении своего сына: «Пять сот рублей денег в Синайскую гору на сооружение церкви великомученицы Екатерины». На эти деньги был построен каменный храм на вершине горы, где были найдены мощи святой. Этот храм стоит там до сих пор. От постоянного ветра разрушились стены и купол. Храм святой великомученицы больше был похожим на землянку, и входом в него служила дыра в крыше. Но в 2005 году русские ребята-паломники вместе с монахами и с помощью бедуинов отремонтировали крышу церкви великомученицы Екатерины.
В 1748 году в Киеве открылось синайское подворье, но паломников из России не прибавилось: слишком трудным был путь через пустыню. «Ситуация резко изменилась, -- говорит Виктор Комиссаров, -- после того как созданное в 1856 году Русское общество пароходства и торговли организовало круговую пароходную линию Одесса--Константинополь--Яффа--Александрия. В первый же год русские пароходы совершили по этому маршруту сорок два рейса и перевезли двенадцать с половиной тысяч пассажиров, преимущественно это были паломники». Путешественник Александр Елисеев, бывший на Синае в 1881 году, так описывал русских паломников, которых он встречал на пути: «Странно было видеть вятских крестьян на берегу Красного моря в своих национальных костюмах, больших сапогах, красных рубахах, зипунах, фуражках, с котомками за плечами и синайскими ветвями (ветками неопалимой купины. -- Авт.) в руках». По словам Елисеева, русских паломников отличали крепкая вера в Бога, презрение к лишениям и простота.
Паломники и туристы у стен монастыря
Современных же путешественников отличает желание «взять паломничество» количеством. «Они хотят все посетить, приложиться ко всем святыням, подать везде записки и подняться на все горы, -- рассказывает Александра Черненко, составитель и организатор маршрутов на Синай в паломнической службе “Радонеж”. -- Вырвавшись на неделю по горящей путевке, паломники не успевают все до конца осмыслить. Они копят впечатления, фотографируют, чтобы когда-нибудь потом обдумать и осознать, где были и что видели. А ведь так важно остановиться в этой туристической гонке, постоять на службе, погулять по монастырю не торопясь, в одиночестве, помолиться, посмотреть на величественные горы и запомнить их».
Встреча рассвета на горе Хорив
Полторы тысячи лет
«До моего скита водопровод из монастыря не проложен, слишком высоко, -- пожилой монах бодро шагает по крутым ступенькам в гору и отвечает на вопросы запыхавшихся попутчиков. -- Поэтому воды у меня мало, только дождевая. Но хватает. Есть даже небольшой садик!» -- «Как часто в пустыне бывают дожди?» -- «Не очень-то часто, -- отец Моисей заулыбался сквозь свою седую бороду. -- Но Бог видит, когда мне нужна вода, и дает ее мне, так что я и вас могу чаем напоить! Слава Богу за все!» Отец Моисей на Синае уже двадцать лет, половину из которых он живет в монастырском скиту высоко в горах. Таких скитов по склонам вокруг монастыря много, но они пустуют -- трудно жить без воды в суровом климате. Днем на Синае жарко, а ночью, когда солнце садится, горы остывают и покрываются инеем. Внутри скита, где живет отец Моисей, устроена маленькая келейка с кроватью и письменным столом. В соседней комнате крошечный храм, буквально на двух человек: один служит, другой молится. Рядом гостевая келья и кухонька. Все двери выходят на небольшую террасу с видом на горы. На стенах репродукции икон и фотография старца Паисия Святогорца в рамочке. Оказывается, раньше он жил в этом скиту, а отец Моисей тогда жил в другом, поближе к монастырю. В скитах на Синае принято жить по одному. Отец Моисей монах, не священник, по праздникам и воскресным дням он спускается в монастырь, чтобы исповедоваться и причаститься, а иногда кто-то из иеромонахов поднимается послужить к нему в скит.
Сейчас в монастыре святой Екатерины насельников всего тридцать. Управляет монастырем и духовно руководит братией архиепископ Синайский Дамиан. «Раньше на Синае было очень много монахов, -- продолжает отец Моисей, -- больше пяти тысяч! Хотя были в истории и такие периоды, как теперь, когда монахов мало. Но, знаете, ведь никогда здесь не пропускали ни одной литургии. Только представьте -- полторы тысячи лет! Хотя бы один иеромонах был в монастыре, и он обязательно служил».
«Непременно ходите в храм на службу, -- посоветовала тем, кто еще только собирается на Синай, Александра Черненко. -- Не пугайтесь, что поют по-гречески, я уверяю вас -- вы все поймете! Узнать Синай, полюбить его и почувствовать святость этих мест можно, только участвуя в богослужении!»
Живой музей
Чтобы решить, в какую паломническую поездку поехать, рекомендуем вам посетить Музей путешествий и паломничества по святым местам, который находится в Москве на Крутицком подворье. Свою коллекцию Виктор Комиссаров собирает уже более 15 лет. В музее собрано около тысячи экспонатов: книги, гравюры, фотографии, чемоданы и дорожные платья. Витрины в музее посвящены быту паломников, святым местам, куда стремились русские люди, описанию маршрутов и знаменитым путешественникам. «Несколько разделов в экспозиции музея предлагают информацию о том, как в прошлые века путешествовали люди разных сословий: дворяне, купцы, крестьяне, -- рассказывает Лидия Васильевна Демидова, старший научный сотрудник музея. -- Есть даже отдельная витрина, посвященная гимназистам, ведь они тоже много путешествовали. Раньше так изучали предмет отечествоведение. Дети обязательно брали с собой компас, чернильницу с крышкой, книгу для записи и по возвращении писали доклады на тему, где были и что видели». Виктор Иванович по образованию театральный режиссер, он сам проводит экскурсии по музею и устраивает их таким образом, чтобы «у посетителей работали все чувства восприятия». Он называет такой подход -- «живым музеем». Посетители могут приложиться к четкам св. Силуана Афонского, почувствовать, как пахнет святое масло, освященное на мощах целителя Пантелеимона сто двадцать лет назад, посмотреть старинные фотографии русских паломников в Палестине, послушать увлекательные рассказы о путешествиях и путешественниках.