Рецепты для ленивых 

«Новый поход» и загадки Си: что решается на съезде Компартии Китая. В Китае стартует XIX съезд КПК

В Пекине в среду, 18 октября, открылся ХIX съезд Коммунистической партии Китая (КПК). В нем принимают участие около 2,3 тысячи делегатов. На съезде, который продлится до 24 октября, будет установлен курс страны на ближайшие пять лет и приняты кадровые решения. Наблюдатели полагают, что председатель КНР Си Цзиньпин воспользуется съездом для укрепления своей власти и создаст условия для того, чтобы оставаться у руля и после 10 лет пребывания на посту главы государства. Тем самым в КНР будет положен конец эре "коллективного руководства".

Борьба с врагами и коррупцией

Открывая съезд, Си Цзиньпин обрушился с нападками на политических противников, призвав китайских коммунистов противостоять любым попыткам подорвать руководящую роль партии. Страна вступает в новую эру, в которой партия строит "социализм с китайской спецификой", сказал председатель КНР. Он отметил, что перспективы у страны хорошие, однако велики и стоящие перед ней вызовы.

Контекст

Си Цзиньпин отметил растущее влияние КНР на мировой арене, а также усилия, направленные на борьбу с бедностью и неравенством в Китае. Он подтвердил политику нулевой терпимости к коррупции в партии. За последние годы в Китае были наказаны за коррупцию более одного миллиона госслужащих, десятки бывших функционеров – отправлены за решетку.

Кадры решают все

По мнению наблюдателей, решение вопроса о сокращении крупного госдолга КНР будет отложено на период после съезда. Открытие китайского рынка для иностранных инвесторов пока также не стоит на повестке дня.

В то же время от съезда ожидают ряда кадровых перестановок, в частности, обновления по ротации на 60 процентов Центрального комитета КПК и замены пяти из семи членов Постоянного комитета Политбюро ЦК компартии Китая. По мнению наблюдателей, Си Цзиньпин воспользуется этими перестановками для выдвижения своих соратников на высшие партийные посты.

Смотрите также:

  • Китч "культурной революции"

    Плакаты повсюду

    В ходе "культурной революции" весь Китай был покрыт плакатами и стенгазетами, пропагандирующими новое время и "нового человека". Многие из них сохранились до сегодняшнего дня.

    • Китч "культурной революции"

    Значки и листовки

    Тот, кто хотел показаться настоящим революционером, обязательно носил костюм в стиле Мао Цзэдуна и значок с его изображением. Во времена "культурной революции" его даже называли "самым красным из наикраснейших солнц".

    Китч "культурной революции"

    "Цитатник" Мао на всех языках

    Пропагандистская машина "культурной революции" выпускала "Цитатник" Мао Цзэдуна, или, как его еще называли, "Красную книжечку", миллионными тиражами, причем не только для внутреннего рынка. Он должен был стать путеводным "красным фонарем" мировой революции.

    Китч "культурной революции"

    Мао на каждый полке

    Как будто плакатов, значков и книг было недостаточно - выпускались сотни тысяч бюстов Мао Цзэдуна.

Эксперты Карнеги отвечают на вопросы, как начавшийся в Пекине XIX съезд КПК и последующие политические назначения могут повлиять на политику Китая и его роль на мировой арене

18 октября начался XIX съезд Коммунистической партии Китая, по итогам которого определится, кто войдет в новое поколение руководителей страны. Такая ротация происходит в Китае каждые пять лет, но сейчас она особенно важна, учитывая растущие экономические амбиции Китая и рост его значения на мировой арене. Кроме того, вскоре ожидается первый визит президента США Дональда Трампа в Азию — это на фоне обострения обстановки вокруг Северной Кореи. Международное сообщество ждет, какой курс выберет Китай под руководством Си Цзиньпина, а кадровые назначения покажут, насколько Си удалось консолидировать власть и насколько популярна его политическая программа.

Эксперты Карнеги отвечают на вопросы, как итоги съезда могут повлиять на политику Китая и его роль на мировой арене.

Каковы будут последствия съезда для политики Пекина в отношении Северной Кореи?

Пол Хенле, директор Центра изучения мировой политики Карнеги-Цинхуа

Китайское руководство по-прежнему не считает, что КНДР — это его проблема, и XIX съезд в этом отношении ничего не изменит. Безусловно, Пекин выступает против провокаций Пхеньяна и надеется, что Ким Чен Ын остановит ядерную программу. Но пока действия КНДР не угрожают легитимности КПК в глазах китайских граждан, крайне маловероятно, что подход Пекина к северокорейскому вопросу фундаментально изменится. Молодые китайцы все больше считают КНДР обузой, а Пхеньян постоянно портит Си репутацию на международной арене. Однако ни то ни другое ничего не решает для Пекина.

Более серьезный повод для беспокойства в том, что северокорейские ядерные испытания могут привести к выбросу радиоактивных материалов на китайскую территорию. Опасно для Китая и то, что КНДР может реализовать свою главную угрозу — взорвать над Тихим океаном ракету с ядерной боеголовкой. Это может привести к нестабильности политического режима КПК и негативно скажется на национальных интересах Китая. Это единственное, что может окончательно вывести из себя китайское руководство. Поэтому станет ли КНДР проблемой для Китая, зависит не от результатов съезда или твитов Трампа, а от действий самого Ким Чен Ына.

Ускорятся ли после съезда экономические реформы?

Юкон Хуан, старший научный сотрудник программы исследования Азии Фонда Карнеги

Некоторые эксперты ожидают, что после обновления управленческой команды реформы ускорятся. Но это зависит от того, удастся ли новому руководству разрешить главное противоречие в решениях третьего пленума ЦК КПК 2013 года. Итоговый документ того пленума гласит, что рынок должен играть «решающую роль» в распределении ресурсов, но при этом подтверждает «руководящую роль» государства в экономике. Эта двусмысленность тормозит разработку и реализацию важных реформ, в том числе в госсекторе, в области урбанизации и борьбы с коррупцией.

Проблема китайского долга прежде всего обусловлена неэффективностью ряда государственных компаний. Но поскольку многие крупные госкорпорации считаются «национальными чемпионами», реформы откладываются.

Урбанизация — один из главных источников роста китайской экономики. Но Пекин не позволяет людям самим выбирать, где работать. Правительство, опираясь на систему прописки, перенаправляет потоки рабочих в небольшие города и не допускает их в мегаполисы. Это снижает производительность труда.

Китайская антикоррупционная кампания — ответ на важную социальную проблему, но из-за нее чиновники опасаются принимать решения, что тормозит экономическую активность. Возможно, для решения проблемы нужно изменить роль государства в коммерческой деятельности.

Китай добился впечатляющих экономических успехов благодаря опоре на рыночные механизмы. Теперь вопрос в том, найдет ли новое китайское руководство верный баланс между «решающей» ролью рынка и «руководящей», но переосмысленной ролью государства.

Что может сделать новое руководство Китая для деэскалации северокорейского кризиса?

Джеймс Эктон, содиректор программы изучения ядерной политики Фонда Карнеги

Какой бы привлекательной ни казалась идея ядерного разоружения КНДР, в краткосрочной перспективе эта цель едва ли достижима. Приоритетом должно быть снижение остроты этого кризиса и уменьшение вполне реального риска войны между Северной Кореей и США. Прямого контакта между Вашингтоном и Пхеньяном ждать не стоит, поэтому необходимо, чтобы в процесс включилась третья сторона. Китай может и должен сыграть эту роль.

В частности, Китай может предложить КНДР и США примерно следующее: КНДР отказывается от ядерных экспериментов в атмосфере и ракетных испытаний над Японией и Южной Кореей, а США в ответ воздерживаются от учебных полетов своих стратегических бомбардировщиков на определенном расстоянии от северокорейского воздушного пространства. Такая договоренность позволит Пхеньяну, сохранив лицо, отказаться от своих угроз взорвать ядерную боеголовку над Тихим океаном или запустить ракету в направлении Гуама. В качестве дополнительного стимула Китай может предложить КНДР экономическую помощь, подчеркнув при этом, что санкции опять введут, если Пхеньян не выполнит свои обязательства по сделке.

Контекст

Пекин ведет серьезную политическую игру

The Guardian 04.09.2017

Почему китайцам запретили обсуждать Путина в соцсетях

23.10.2017

Почему Китай инвестирует в Европу больше, чем в США

23.10.2017

Система распознавания лиц. Как в Китае готовятся арестовывать за будущие преступления

23.10.2017 Изменится ли после съезда подход Пекина к спорам в Южно-Китайском море?

Майкл Суэйн, старший научный сотрудник программы исследования Азии Фонда Карнеги

После съезда существенные перемены в позиции Китая маловероятны. Пекин по-прежнему будет выступать за мирное разрешение территориальных споров путем переговоров и за то, чтобы сформулировать нормы поведения участников таких конфликтов.

Но это совсем не означает, что Китай не станет с новой силой укреплять свои военные и дипломатические позиции в регионе. Пекин может начать расширять свое военное присутствие на искусственных островах архипелага Спратли, размещать объекты на спорных, но никем не занятых рифах. Возможно, Китай попытается усилить давление на рыболовецкие и военизированные суда других стран, предпримет дипломатические попытки остановить бурение и другую деятельность своих оппонентов. Вероятен и более жесткий ответ на военную активность США, в том числе на операции по обеспечению свободы мореплавания.

Среди менее вероятных, но все же возможных шагов — создание опознавательной зоны противовоздушной обороны, а также проведение прямых исходных линий вокруг островов Спратли. Однако многое будет зависеть от того, как Пекин воспримет поведение других сторон конфликта, в том числе США. Также большую роль сыграет общее состояние политико-дипломатических отношений КНР с США и другими странами региона. В целом из-за отсутствия понятных всем правил поведения уровень напряженности может увеличиться.

Чего стоит ожидать от съезда президенту Трампу?

Дуглас Паал, вице-президент по исследованиям Фонда Карнеги

После съезда для Трампа могут открыться новые стратегические возможности, но над этим нужно будет поработать. В последние несколько лет Китай в своих отношениях с США в основном старался нивелировать спорные моменты, не допускать обострений, но не пытался добраться до сути этих проблем. После съезда партии и вплоть до Всекитайского собрания всенародных представителей в марте 2018 года будет происходить кадровая перетасовка, а это откроет возможность по-новому взглянуть на старые противоречия.

Например, китайские интересы на Корейском полуострове. С одной стороны, Пекин добивается стабильности и более приличного поведения от Пхеньяна, а с другой — давит на Сеул в связи с развертыванием системы THAAD. В результате особых успехов нет. Во время визита в Пекин Трамп должен донести до Си: пора мыслить стратегически, обсудить, как ослабить напряжение в регионе и как решать беспокоящие всех проблемы.

Следует ли Си дорогой Путина?

Александр Габуев, директор программы «Россия в Азиатско-Тихоокеанском регионе» Фонда Карнеги

Чем ближе был съезд, тем сильнее китайская политическая вселенная замыкалась на Си. Его роль в политической системе Китая почти беспрецедентна, но есть аналог по соседству — Россия Владимира Путина. У президента РФ высокий рейтинг, он контролирует государственные институты и системы коммуникации, на важнейших постах находятся его протеже и союзники, так что даже цари могли бы позавидовать его власти.

Неизвестно, рассматривает ли Си Путина, с которым у него хорошие личные отношения, как образец для подражания, но их стили руководства все больше походят друг на друга. Речь идет о расширении государственного контроля и нарастающей активности государства в самых разных сферах, от экономики до внешней политики. И все подается как борьба за то, чтобы вернуть стране величие. Несмотря на недостатки нынешней России, консолидация государственной власти при Путине обеспечила россиянам немыслимое ранее сочетание благосостояния и личных свобод. Поэтому для Си может быть привлекательна путинская модель управления, особенно идея неоспоримого авторитета верховного лидера, корнями уходящая в российское (и китайское) монархическое прошлое.

Однако в следующие пять лет Си нужно будет избежать недостатков путинского режима, из-за которых Россия встала на путь долгосрочной стагнации. Длительное пребывание у власти помогает консолидировать ресурсы, но когда оно слишком затягивается, система становится хрупкой, утрачивает способность выжить без ключевой для нее фигуры. Кроме того, одержимость стабильностью — еще одна негативная особенность путинского режима, — может помешать проведению многих необходимых реформ.

Что консолидация власти Си значит для Европы?

Франсуа Годеман, старший научный сотрудник программы исследования Азии Фонда Карнеги

Укрепление власти Си было заметно еще в первой половине 2013 года, и уже тогда можно было предположить, что идея коллективного лидерства в Китае теряет популярность. Удивительно, насколько эти предположения сбываются. Противоположные прогнозы о том, что сильная личная власть породит и сильную оппозицию, не сбылись.

Четкая иерархия китайской власти положительно сказывается на отношениях с внешними партнерами. Си — первый руководитель Китая, побывавший с визитом в структурах ЕС. Он лично продвигал в Европе два проекта: «Один пояс — один путь», конечная точка которого находится в Европе, и торговое соглашение с ЕС, которое поможет преодолеть препятствия в экономических отношениях. На Всемирном экономическом форуме в Давосе Си выступил за многополярный мировой порядок и верховенство права, что было бальзамом на душу европейцев.

Но расхождения между этими словами и реальной политикой Пекина становятся все более очевидными. Накануне последнего саммита ЕС — Китай стало ясно, что о компромиссе по торговым вопросам речи пока не идет. Инициатива «Один пояс — один путь» в основном касается группы новых восточных государств ЕС, сотрудничающих с Китаем в формате 16+1, а не Европейского союза в целом. Китай все активнее продвигает собственное понимание международного порядка, и Евросоюзу ничего не остается, кроме как воспринимать его как восходящую мировую державу и надеяться на благоприятные перемены в политике Пекина.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

В условиях беспрецедентного информационного вакуума открывается сегодня в Пекине XIX съезд Компартии Китая, на котором определится состав руководства страны на ближайшие пять лет. Последний год был ознаменован подковерной борьбой внутри китайской элиты, фракции которой стремились провести как можно больше «своих» людей на руководящие посты в партийных и государственных органах. Генеральный секретарь Си Цзиньпин консолидировал власть, чтобы стать вровень с отцами-основателями КНР и провести столь необходимые ей реформы. Результаты съезда покажут, накопил ли он достаточно политического капитала для окончательной победы над противниками и слома негласных правил, по которым страна жила последние 25 лет.


Политпроцесс эпохи перемен


Обычно список тех, кто войдет в управляющее страной Политбюро, известен за три-четыре месяца до съезда. Так было с начала 1990-х годов, когда в Китай потекли инвестиции и предсказуемость стала цениться выше секретности. Иностранных политиков и бизнесменов убеждали: вне зависимости от того, кто возглавит государство, заводы будут работать, иностранцы смогут вывести прибыль, а политических и социальных потрясений не предвидится. Определенность служила сигналом того, что двух взглядов на развитие общества нет: в Компартии существует консенсус. Конфуцианскую гармонию в элите обеспечивал процесс всеобщего накопления капитала, на фоне которого политические дрязги выглядели неуместными.

В этот раз традиция оказалась нарушена. Китайские, российские и американские эксперты в беседе с “Ъ” только разводили руками: кто по итогам XIX съезда встанет у руля государства, остается лишь гадать.

Рост уровня секретности может быть свидетельством усиления внутрипартийной дисциплины, над которым Си Цзиньпин работал последние пять лет. Впрочем, оно может говорить и о том, что по сравнению с временами Цзян Цземиня и Ху Цзиньтао сильно сократилось число людей, реально участвующих в принятии решений, а с ними - и количество «сливов» в прессу. Нынешний глава Китая уже серьезно изменил облик политической системы страны, и не исключено, что через неделю (когда закончится съезд), она изменится еще больше.

Собирающийся раз в пять лет съезд Компартии Китая - верховный орган управления 89-миллионной партией и по факту - всей страной. Примерно 2,3 тыс. партийных делегатов утверждают состав Центрального комитета (ЦК), в который входят 200 членов и 176 кандидатов в члены, не имеющих права голоса, но имеющих шансы впоследствии стать полноправными членами. ЦК, в свою очередь, утверждает Политбюро (25 человек) и Постоянный комитет Политбюро (ПКПБ, семь человек), которые и принимают основные политические решения. По факту и состав ЦК, и состав будущего Политбюро определяется предыдущим составом Политбюро в ходе интенсивного торга между соперничающими группами интересов.

Как минимум с начала 1990-х годов действует негласное правило «шестьдесят семь - проходит, шестьдесят восемь - удалить». Члены Политбюро старше 67 лет на съезде должны уйти в отставку, чтобы освободить дорогу новому поколению и не допустить впадения системы в маразм. Установлены возрастные лимиты и для других органов власти. В соответствии с ними, по итогам XIX съезда состав ЦК должен обновиться более чем наполовину, Политбюро покинут 11 человек, а ПКПБ - пятеро, все, кроме Си Цзиньпина и премьер-министра Ли Кэцяна.

По заведенной архитектором китайских реформ Дэн Сяопином традиции, генеральный секретарь и премьер вступают в должность на съезде, год проведения которого оканчивается на двойку (1992, 2002, 2012, 2022), в то время как съезды, оканчивающиеся на семерку (1997, 2007, 2017, 2027), служат цели подведения промежуточных итогов правления. В ходе них в ПКПБ, как правило, вводятся будущие генсек и премьер-министр, которые отличаются от остальных его членов молодостью (им обычно около 50 лет, тогда как остальным членам ПКПБ 60–65 лет). Ими в 2022 году должны были стать протеже бывшего генсека Ху Цзиньтао Сунь Чжэнцай и Ху Чуньхуа, самые молодые члены нынешнего Политбюро.

Сотрясатель основ


О том, что вся эта стройная система, скорее всего, рухнет, начали говорить практически с самого начала правления Си Цзиньпина. Генсек сразу же проявил себя как куда более сильный и авторитарный лидер, чем два его предшественника. Начатая им антикоррупционная кампания обернулась беспрецедентной чисткой: в тюрьму по обвинению в коррупции были отправлены заместители руководителя контролирующего армию Центрального военного совета (ЦВС) Сюй Цайхоу и Го Босюн, видный партийный деятель Чжоу Юнкан и глава парткома Чунцина (крупнейший по площади город центрального подчинения в КНР) Бо Силай, считавшиеся прежде неприкасаемыми. Но настоящим шоком стало снятие в июле со своего поста и последующий арест нового главы парткома Чунцина Сунь Чжэнцая, которого считали одним из двух согласованных элитой будущих лидеров страны.

Затем появились слухи о том, что Си Цзиньпин может пренебречь возрастными ограничениями и сохранить на посту своего ближайшего соратника, главу Центральной комиссии по проверке дисциплины (ЦКПД, главный антикоррупционный орган) Ван Цишаня, которому в 2017 году исполнилось 69. Последние пять лет он неутомимо боролся с политическими врагами генсека, и замену ему найти было бы непросто. В последний год высокопоставленные партийные чиновники в официальных китайских СМИ готовили почву для сохранения Ван Цишаня на посту, как бы невзначай роняя фразы, что «ограничения по возрасту - обычай, а не правило» и «с учетом развития современной медицины важны навыки человека, а не его возраст».

На фоне явных разногласий между первыми лицами в правящем тандеме многие эксперты начали говорить о том, что на съезде вполне может быть вынесен «вотум недоверия» премьер-министру Ли Кэцяну. Он принадлежит к противостоящей Си Цзиньпину группировке «комсомольцев», главой которой считается бывший генсек Ху Цзиньтао. Различия во взглядах между двумя лидерами из-за закрытости системы не всегда очевидны, но в целом генсек выступает сторонником куда более радикальных преобразований в экономике. С критикой действий Ли Кэцяна в 2015 и 2016 году выступал в официальных СМИ экономический советник Си Цзиньпина Лю Хэ, подписывавший свои статьи как «авторитетная персона». Он указывал на нерешительный и ошибочный характер действий премьера в ситуации с реформой госпредприятий и финансовым кризисом 2015 года.

Наконец, главной долгосрочной интригой съезда станет вопрос о сохранении полномочий самого Си Цзиньпина за рамками установленного десятилетнего срока. «Он не уйдет в 2022 году,- уверял “Ъ” профессор Токийского университета Акио Такахара.- Учитывая масштаб начатых им реформ и желание остаться в истории, он будет искать способы задержаться у власти и довести начатое до конца». Технически о намерении нарушить лимит в десять лет будет говорить отсутствие в новом составе ПКПБ двух молодых политиков-преемников. Впрочем, здесь возможны варианты. «К примеру, Си Цзиньпин может в 2022 году сохранить реальную власть, оставшись главой партии и ЦВС, а свой пост председателя КНР отдать кому-то другому,- сообщил “Ъ” научный сотрудник Центра азиатско-тихоокеанских исследований ИИАЭ ДВО РАН Иван Зуенко.- До 1992 года эти позиции были разделены и пост председателя КНР был не так важен».

Новая чжэцзянская армия


На съезде генсек, как и любой лидер до него, попытается провести в состав управляющих органов как можно больше своих людей. «Ему нужны не просто кадры на высоких позициях, а те, кто реально влияет на принятие политических решений. При этом формально они даже могут занимать не такие видные посты,- говорит “Ъ” глава азиатской программы Московского центра Карнеги Александр Габуев.- В частности, он, скорее всего, постарается укомплектовать своими кадрами руководство отделов ЦК КПК и назначить глав всех важнейших малых групп, где происходит реальная выработка курса».

Протеже Си Цзиньпина в Китае называют «новая чжэцзянская армия», так как большинство его выдвиженцев так или иначе столкнулись с ним в период его работы в провинции Чжэцзян. Среди них наиболее интересная фигура - нынешний глава парткома Чунцина Чэнь Миньэр. Он работал главой департамента пропаганды Чжэцзяна в период, когда провинцию возглавлял Си Цзиньпин. По возрасту Чэнь Миньэр вполне подходит на роль одного из двух лидеров следующего поколения руководителей. Это уже второе его назначение на роль главы парткома региона: до Чунцина он руководил провинцией Гуйчжоу и таким образом выполнил одно из негласных условий вхождения в ПКПБ: поработать руководителем как минимум одного богатого и одного бедного региона.

Среди других сторонников Си Цзиньпина, которые могут войти в ПКПБ и Политбюро, называют главу орготдела ЦК КПК Чжао Лэцзи, глав парткомов Шанхая и Пекина Хань Чжэна и Цай Ци, главу канцелярии ЦК КПК Ли Чжаньшу, его экономического советника Лю Хэ и еще ряд лиц. У генсека хватит людей, чтобы занять ими все вакантные посты в высшем партийном органе власти, но может не хватить политического капитала. Из-за этого, как замечали многие опрошенные “Ъ” эксперты, он может пойти на сокращение постоянного комитета Политбюро с семи до пяти человек, что внутрипартийные правила вполне допускают. Это позволит Си Цзиньпину легче проводить в жизнь свои решения, но может вызвать недовольство внутри партии, которая за последние 30 лет привыкла к более демократичному принятию решений.

Наиболее консенсусной конфигурацией элиты на сегодняшний день видится введение в ПКПБ одновременно протеже генсека Чэнь Миньэра и партсекретаря провинции Гуандун Ху Чуньхуа, принадлежащего к противостоящей Си Цзиньпину фракции «комсомольцев». Это позволило бы сохранить внутриэлитное согласие и обеспечить преемственность власти в 2022 году.

Идея, брошенная в массы


На съезде генсек представит доклад, который подведет итоги прошедших пяти лет и определит ориентиры на следующие пять. Обычно он состоит приблизительно из 29 тыс. иероглифов и 13 разделов. Кратко важнейшие моменты доклада были очерчены в коммюнике, вышедшем 14 октября по завершении Седьмого пленума ЦК Компартии XVIII созыва. Согласно ему, изменения будут внесены в устав Компартии, по факту стоящий выше конституции КНР. Эти изменения «будут отражать последние достижения китаизации марксизма, новые концепции управления, новый опыт в укреплении лидерства партии».

Другими словами, в партийный устав будет добавлен вклад самого Си Цзиньпина, который в отличие от предшественников породил уже несколько концепций, претендующих на место в истории. Интрига здесь состоит в том, будут ли идеи генсека указаны в уставе безлично, как, например, «концепция научного развития» Ху Цзиньтао, или с упоминанием имени, как уже включенные в текст «идеи Мао Цзэдуна» и «теория Дэн Сяопина». Если выберут второй вариант, это будет означать, что нынешний лидер Китая встанет в один ряд с отцами-основателями страны и куда выше своих двух предшественников.

Китайская пресса загодя стала готовить почву для включения в устав «идей Си Цзиньпина». В июле о них опубликовало статью влиятельное коммунистическое издание «Исследования партстроительства», по мнению которого, концепция генсека помогает «еще больше локализовать марксизм в Китае и развить теорию социализма с китайскими характеристиками». Как отметил в беседе с “Ъ” старший научный сотрудник Центра исследований Восточной Азии и ШОС ИМИ МГИМО Игорь Денисов, «скорее всего, в текст устава идеи генерального секретаря войдут как новая концепция государственного управления».

Впрочем, если устав и пополнится «идеями Си Цзиньпина», то это будет, скорее, свидетельствовать об авторитарном характере новой власти, а не о том, что нынешний генсек по масштабу личности стал вровень с Мао Цзэдуном и Дэн Сяопином. Хотя всю предсъездовую неделю агентство «Синьхуа» напоминало о достигнутых за прошедшее пятилетие успехах (среднегодовой рост экономики в 7,2%, рост располагаемых доходов домохозяйств с 7,3 тыс. юаней до 23,8 тыс. юаней, двукратное сокращение бедности), большинство из них стали результатом работы экономической машины, построенной предшественниками Си Цзиньпина. Он же всю прошедшую пятилетку в основном консолидировал власть, чтобы сломить инертную бюрократическую среду. Открытая XIX съездом эпоха покажет, использует ли он свои полномочия для преображения общества или укрепление власти все же было самоцелью.

Михаил Коростиков


Банер "не было бы партии, не было бы Китайской Народной Республики" среди многих других можно было увидеть в столице Поднебесной на время проведения XIX съезда Коммунистической партии Китая.

Он дал отсчет новому этапу в развитии страны, который пройдет под знаменем так называемой новой эры для Китая. А новым "путеводителем" при руководстве государством станут идеи Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой. Идеи Си включили в обновленный устав КПК. Само по себе принятие поправок к уставу - событие плановое, однако в этот раз можно говорить о его особом значении.

Китайская пресса называет идеи Мао Цзэдуна, Дэн Сяопина и теперь и идеи Си Цзиньпина - главными достижениями в китаизации марксизма. При этом недвусмысленно объясняет, что теперь у страны во главе с председателем Си появился четкий путь развития, а партия, руководствуясь идеями председателя, сможет наконец распрощаться с оставшимися в стране проблемами. Наблюдатели, в свою очередь, отмечают, что никому из предыдущих китайских лидеров (кроме великих Мао и Дэна) не удавалось закрепить свое имя в партийном уставе.

За пять лет правления Си показал себя человеком с нестандартным, гибким мышлением, поэтому не стоит ожидать от него шаблонных решений

По итогам съезда во всех руководящих органах партии произошли кадровые ротации. При этом в своих материалах китайские СМИ обращают внимание на то, что кандидаты на руководящие посты прошли тщательную проверку и отбор, обладают высокими моральными качествами и заслуживают доверия всей страны.

В среду разрешилась, можно сказать, главная кадровая интрига XIX съезда, когда журналистам представили новый состав высшего звена партии - Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК. Си Цзиньпин лично представлял тех, кто встанет у руля Китая на ближайшие пять лет. "Я твердо верю, жизнь китайского народа с каждым годом будет все лучше и лучше", - сказал Си на встрече с прессой. Он посоветовал журналистам внимательно следить за переменами, которые будут происходить в Китае после XIX съезда.

Александр Ломанов , главный научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН:

Самое впечатляющее - это то, что КПК озвучила планы развития на 30 лет вперед. Такой подход можно назвать уникальным, он характеризует китайскую компартию как структуру, ставящую долгосрочные стратегические задачи, результатов от реализации которых, скорее всего, не увидят большинство из нынешнего руководства КПК. При этом поставленные цели охватывают все основные направления развития КНР, включая экономику, политику, укрепление влияния Пекина за рубежом, социальную сферу, охрану окружающей среды и другие. В комплексе получается всеобъемлющая стратегия, способная превратить Китай в мирового лидера и обеспечить ему большее влияние, чем есть сегодня у США, по крайней мере в развивающихся странах.

Надо отметить, что нынешний съезд систематизировал те идеи и концепции, что были предложены Си Цзиньпином за пять лет его правления. Одна из этих идей - строительство общей судьбы человечества. Это ключевая идея, хотя она, как и все остальные, дана общими мазками - на съездах КПК вообще не представляют конкретные планы с цифрами, этим уже потом занимаются министерства и ведомства. Так вот, идея строительства общей судьбы человечества для Китая достаточно новая. Ведь еще Дэн Сяопин завещал китайцам действовать по возможности тихо, не демонстрируя своих возможностей. Но теперь ситуация иная, и у Пекина появилось свое четкое представление, как должен выглядеть мир.

При этом Си предложил и смену подхода к контактам с другими странами, подчеркнув, что отношения должны строиться на взаимной выгоде, и, более того, Китай должен помнить о своем долге перед человечеством и уметь, если надо, отказываться в чем-то от собственной выгоды во имя помощи людям.

Также одно из очень важных новшеств XIX съезда КПК - разрушение неформальной системы, когда правящий тандем управляет страной два срока по пять лет, а потом председатель КНР передает власть преемнику. Но есть ли преемник - пока совершенно неясно, хотя о том, что Си займет место руководителя государства, было ясно еще за пять лет до его прихода. Две кандидатуры, которых рассматривали в качестве преемников, сегодня не актуальны. Один из них оказался замешан в коррупционном скандале, о другом просто перестали упоминать китайские СМИ. Полагаю, стоит рассматривать два варианта действий Си в отношении передачи власти. Причем оба варианта равноценны. Первый - преемник появится незадолго до 2022 года, когда состоится ХХ съезд КПК, на котором Си, согласно традиции, может передать власть. Неизвестную сегодня кандидатуру быстро проведут по всем необходимым постам, чтобы он мог занять кресло первого лица.

Второй вариант - Си сам может остаться на третий срок на посту председателя КНР. Для этого, конечно, придется вносить определенные изменения в законодательство. Но, учитывая, что Си уже сегодня - непререкаемый авторитет, канонизированный партией как автор идеи социализма с китайской спецификой, поправки в законы не должны составить проблему.

При этом не стоит рассчитывать, что преемником может стать кто-то из шестерых членов политбюро, назначенных в генсекретариат ЦК КПК, - все они не проходят по возрасту.

Надо отметить, что за пять лет правления Си показал себя человеком с нестандартным, гибким мышлением, поэтому не стоит ожидать от него шаблонных решений.

24 октября в Пекине завершился XIX съезд Коммунистической партии Китая (КПК). Делегаты съезда избрали новый состав Центрального комитета КПК и Центральной комиссии КПК по проверке дисциплины. На первом пленуме ЦК КПК 19-го созыва, который прошёл сразу после закрытия съезда, сформирован новый состав Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК из семи человек во главе с генеральным секретарём ЦК КПК Си Цзиньпином.

Съезд стал примечательным событием не только для Китая. Центральным пунктом оглашённой на съезде стратегии развития КНР является понятие «социализма с китайской спецификой в новую эпоху». Признано, что «новая эпоха» наступит с 2020 года и будет длиться 30 лет - до 2050 года. Содержание «новой эпохи» КПК определяет как построение к 100-летию образования КНР (1949) полностью модернизированного социалистического общества всеобщего благосостояния (всеобщей зажиточности) с высоким по мировым меркам уровнем материальной, политической, духовной культуры. По совокупной «национальной мощи и международному влиянию» КНР к этому времени должна войти в число мировых лидеров.

Этой цели намечено добиться в два этапа. Первый этап - с 2020 по 2035 год, когда планируется полностью завершить построение общества среднего достатка и в основном осуществить социалистическую модернизацию. КНР достигнет технологической независимости и сможет сама стать донором инновационных технологий мирового уровня. На этой основе планируется обеспечить значительный прирост доли населения со средним уровнем доходов, резко сократить разрыв в уровне развития города, села и регионов, обеспечить равный доступ к основным общественным услугам (всеобщее пенсионное обеспечение и медобслуживание), а также существенно сократить имущественное расслоение. Возрастёт в эти годы и китайская "мягкая сила".

Второй этап (2035-2050 гг.) должен завершить социалистическую модернизацию Китая, превратив его, как говорится в партийных документах, в общество полной всеобщей зажиточности с преодолённым в основном имущественным расслоением населения и разрывом в уровне развития регионов.

На съезде были обобщены выявившиеся за прошедшую пятилетку проблемы нового этапа развития Китая. Они сформулированы как основное противоречие китайского общества: между постоянно растущими потребностями народа и неравномерностью, неполнотой развития. Имеются в виду два рода разрывов: экономический разрыв между богатыми приморскими и отстающими центральными и западными провинциями, а также разрыв в доходах между городом и деревней и, как следствие, не решённая в сельских районах проблема бедности.

Сейчас способом борьбы с бедностью в Китае является массовая выдача нуждающимся целевых микрокредитов на сумму менее 50 тыс. юаней сроком на три года без ипотеки, без поручительства, с базовой процентной ставкой. В целом уровень бедности в КНР сокращается. Так, в 2012-2016 гг. от бедности были избавлены 55 млн человек, а всего по состоянию на конец 2016 г. в Китае насчитывалось 43 млн. бедняков.

Опережающее развитие насыщенных портами приморских провинций было изначально определено в качестве макроэкономической стратегии китайских реформ. Однако сейчас разрыв в развитии регионов приобретает угрожающие формы, оборачиваясь безработицей в центре страны и едва сдерживаемой миграцией работников в перенаселённые восточные (прибрежные) провинции. Поэтому Си Цзиньпин и говорил в докладе на съезде о необходимости «создать новый, более эффективный механизм согласованного развития регионов». Потенциал восточных провинций будет в большей степени, чем раньше, перенаправляться с помощью государственных стимулирующих мер на ускорение экономического развития центральных и западных районов Китая.

Съезд подтвердил, что основной упор будет делаться на ускоренном развитии реального сектора экономики, а экономический рост планируется обеспечить за счёт форсированного внедрения научно-технических инноваций. Китай все последние годы наращивает вложения в НИОКР, в 2016 году они составили 2,1% ВВП. По докладу Всемирной организации интеллектуальной собственности за 2017 год, КНР является единственной страной со средним уровнем дохода в мировом списке 25 самых инновационных экономик, занимая 22 место.

Наиболее общим условием экономического роста признано совершенствование системы социалистической рыночной экономики. Специально уточнено, что конкуренция должна идти на справедливой и упорядоченной основе.

Си Цзиньпин подтвердил, что на международной арене Китай будет продолжать политику открытости. Прозвучал также тезис о том, что международная безопасность не может быть достигнута играми с нулевой суммой и ни одна страна не может себе позволить действовать исключительно из собственных интересов.

Китайский государственный капитализм стал основой быстрого, впечатляющего экономического роста, при этом капитализм и стимулы рынка, как явствует из документов КПК и выступлений руководителей компартии, являются лишь инструментами создания материальной базы социализма. Поэтому такое большое внимание от съезда к съезду уделяется в Китае экономической деятельности государства и обеспечению роста доходов населения. Ведь социализм нельзя построить в бедной стране.

Выполнение этих масштабных планов предъявляет повышенные требования к качеству партийно-государственного руководства. Отсюда состоявшееся на съезде официальное закрепление особой роли генерального секретаря ЦК КПК Си Цзиньпина. При этом сам принцип коллективного руководства сохраняется, а гадания о наличии/отсутствии в Китае преемника Си Цзиньпина ни к чему не ведут, лишь заслоняя действительно важные стратегические решения, принятые в Пекине на XIX съезде КПК.