Куда идут средства для фонда водяновой. Наталья Водянова: благотворительность эффективна, когда есть личная мотивация

Супермодель, основатель фонда «Обнаженные сердца» Наталья Водянова в интервью Агентству социальной информации рассуждает о тенденциях развития некоммерческого сектора, насущных проблемах семей с детьми с особенностями развития, а также о том, будет ли фонд всегда связан с ее именем и почему такие люди как рэпер Канье Уэст посещают благотворительные аукционы.

Наталья, ваш фонд помощи детям существует с 2004 года, в пятый раз в этом году прошел форум «Каждый ребенок достоин семьи» — организация уже имеет внушительную историю. С вашей точки зрения, многое ли изменилось в некоммерческом секторе за эти годы?

Думаю, сегодня ситуация гораздо лучше. Существенные изменения мы наблюдаем особенно в последние пять лет, когда фонд стал более целенаправленно и масштабно работать с семьями, воспитывающими детей с особенностями развития. Мы начинали, когда этим практически вообще никто не занимался, а сейчас вместе с нами действуют и другие прекрасные некоммерческие организации, ведут свои эффективные проекты и делают успешные коммуникационные кампании.

Чего сейчас в первую очередь не хватает, чтобы решать проблемы семей и детей, с которыми вы работаете?

Мы с самого начала понимали, что для того чтобы качественно изменить ситуацию, нужны в первую очередь специалисты по работе с детьми с особенностями развития. А в России их почти нет: буквально какая-то горстка. И они все нарасхват и расписаны на год вперед. Мы часто не можем оказать поддержку в ответ на запросы в фонд, просто потому что не хватает квалифицированных специалистов.

Поэтому сейчас наша главная задача – способствовать росту числа специалистов в сфере детского развития, работающих по современным методикам с доказанной эффективностью. Работая со школами и детскими садами, мы не только потихоньку добиваемся результатов среди самих детей, но и способствуем профессиональному росту учителей и других специалистов. Можно сказать, выводим их на следующий уровень, стараемся преумножать эту «горстку», чтобы преодолеть острый дефицит.

Сейчас у нас уже больше ста учителей, педагогов, специалистов по детскому развитию и дефектологов, и они «горят» своей работой. Это действительно достижение, и мы этим гордимся.

Если на специалистов такой спрос, почему не происходит интенсивного развития института их подготовки? Государству это не нужно?

Это непростая, а многоступенчатая проблема. В России же в принципе людей с особенностями развития не видно. У нас как будто бы нет проблемы, поэтому нет и сформулированного запроса на специалистов. А нам самом деле все не так.

Я абсолютно аполитичный человек, и наша организация , конечно, тоже не политическая. Но как фонд мы стараемся всегда говорить правду: если что-то на государственном уровне не существует или не работает, мы прямо говорим, что это так. И при этом всегда стараемся предлагать решение.

Вот эта ситуация с «как будто бы их нет» сдвинулась с мертвой точки? Вы замечаете какие-то положительные перемены?

Да, сейчас дела все же становятся лучше. Родители, у которых рождается ребенок с особенностями, не попадают в информационный вакуум, так как за пять лет выстроилась правильная коммуникация: люди понимают, что с этим можно жить. Теперь нет страха, что вот ты остался один и только у тебя такой ребенок, когда, к тому же, тебе еще в роддоме скажут «родишь еще здоровенького, и все будет хорошо». Я очень надеюсь, что сейчас родители будут достаточно сильными, чтобы сказать «нет, это наш ребенок, и все у нас будет хорошо».

А следующий шаг, который нам предстоит сделать, помочь — удержать ребенка в семье. Вот это возможно уже только благодаря поддержке, система которой все-таки начинает развиваться, хотя и недостаточно быстро. Но позитивный сдвиг все же есть.

Как вы считаете, какие события в жизни «Обнаженных сердец» ключевым образом повлияли на продвижение идей инклюзивности и доступности?

Часто это те события и процессы, которые люди даже не видят, потому главные изменения происходят в очень узком кругу семей и детей, с которыми мы работаем. Я говорю о нашем школьном проекте по обучению педагогов работе с детьми с аутизмом , который сейчас реализуется в Нижнем Новгороде, Твери и Санкт-Петербурге.

Такие проекты мало заметны извне, потому что это все-таки очень внутренняя история, охватывающая около 200 семей с детьми с особенностями развития. Некоторые из этих детей с очень глубоким аутизмом. Раньше их никуда не брали, а сейчас, уже после трех лет нашей работы с ними, они пошли в обычные школы. Именно эта работа очень важна для нас. Это то, вокруг чего мы строим всю остальную нашу деятельность, ради чего мы вообще все делаем.

Конечно, нужно, чтобы таких проектов было больше, ведь у нас в стране не 200 детей, которым нужна такая поддержка и которые хотят ходить в школу, но вынуждены сидеть дома.

При этом наша адвокационная работа тоже очень важна – например, такие проекты, как «Не молчи» с Димой Биланом .

Кроме собственных программ фонда, были ведь и внешние события?

Конечно, был , который произошел с моей сестрой Оксаной . Ситуация была очень негативная и эмоционально болезненная для всех нас, но, несмотря на это, она послужила еще одним поводом для того, чтобы еще раз поговорить о людях с особенностями развития и об отношении к ним.

Летом после забега «Бегущие сердца» вы писали, что Дима Билан стал частью истории становления России на путь к инклюзии. Кого ещё вы бы отнесли к тем людям, кто тоже стал частью этой истории?

Да, мы очень счастливы, что Дима стал одним из главных адвокатов инклюзии, ведь клип «Не молчи» — это не единственный наш совместный проект. Он поддержал нас и на аукционах в пользу фонда, и неоднократно поднимал тему людей с особенностями развития в своих интервью.

Вместе с ним нас, конечно, очень поддерживает и Яна Рудковская . Полина Киценко — суперволонтер фонда, она уже два года подряд своими силами и силами своей команды организует для нас , и это не только мероприятие для сбора средств на наши программы!

Во-первых, в забеге есть специальная дистанция для людей, передвигающихся в инвалидном кресле, то есть забег полностью инклюзивный, а во-вторых, и команда Podium market, и все участники, и корпоративные партнеры — абсолютно все — были вовлечены в распространение информации о том, как правильно говорить о людях с нарушениями развития. Для нас как для организации, и для меня лично как сестры девушки с особенностями, это главное.

Знаменитости, продвигающие идеи инклюзии, работают ведь и с другими общественными организациями…

Да, безусловно, я не могу не отметить людей, которые возглавляют или поддерживают наши партнерские организации, работающие с темой особенностей развития. Это и Авдотья Смирнова из фонда «Выход», и Любовь Аркус с центром «Антон тут рядом», и Иван Ургант , и Антон Комолов , которые давно и активно поддерживают нашу партнерскую организацию — Центр лечебной педагогики, и Ксения Алферова с фондом «Я есть!».

С каждым годом этих людей становится все больше, и мне очень приятно, что это происходит.

Из-за чего известные люди, по-вашему, приходят в благотворительность?

Выступая на нашем , Любовь Аркус (российский режиссер, киновед и основатель центра «Антон тут рядом». — Прим. ред. ) сказала, что ее бывшая профессия помогает ей в ее сегодняшней профессии. Она знает актеров, режиссеров, продюсеров – это ее ресурс и багаж, ее сума, которую она может открывать, как домовенок Кузя волшебную шкатулку со сказками. Открываешь – а там волшебство, которое доступно очень узкому кругу людей. Но оно доступно и тебе, и ты можешь его использовать ради дела, за которое ты болеешь.

Завершение V Международного форума «Каждый ребенок достоин семьи»

Поэтому они, наверное, и идут в эту проблематику. Потому что знают, что могут положительно повлиять на ситуацию, и делают это.

И я очень хорошо понимаю Любу, потому что для меня главным двигателем успеха, главным потоком средств в фонд, кроме его качественной и профессиональной работы, является та мультимиллиардная фэшн-индустрия, в которой я нахожусь, и те контакты, которыми я обладаю благодаря этой индустрии.

То есть «Обнаженные сердца» всегда будут связаны с вами?

Вообще я очень хочу, чтобы фонд существовал самостоятельно, отдельно от меня. Этого заслуживает и наша команда, и наша деятельность – из года в год мы доказываем свою эффективность. Да и я сама вижу тенденцию к этому.

Если раньше встречи нужно было проводить только с моим присутствием, все общение проходило только через меня как через учредителя организации и первое лицо, то сейчас Ася (Залогина , президент фонда. – Прим. ред. ) и абсолютно все члены нашей команды работают с партнерами напрямую и могут общаться с ними на абсолютно любом уровне.

Все-таки сейчас к нашей организации уже относятся как к отдельной от меня структуре, независимо стоящей на прочной основе. Если что-то вдруг случится у меня в семье, и я не смогу больше принимать участие в работе фонда в течение какого-то времени, то я уверена, что фонд сможет продолжить свою деятельность. Если меня вдруг вообще не станет в работе фонда, то тут ничего не рассыплется, все будет прекрасно функционировать.

Это осознанное дистанцирование, потому что это важно для организации. Ведь, в принципе, как можно оценить свою работу? Именно таким образом: предположив, сможет ли организация существовать, если тебя в ней не будет.

Вы в благотворительном, некоммерческом секторе, что называется, всерьез и надолго, как и те знаменитости, о которых вы вспомнили. А что движет, на ваш взгляд, теми, кто только изредка обращается к благотворительности? Например, посетителями ваших благотворительных аукционов?

Они тоже люди, которые делятся своим имиджем и которые считают своим долгом помогать, раз к ним пришел такой успех. При этом им не важно, откуда ребенок, который нуждается в помощи – национальность тех, кто нуждается в помощи, не важна, что мы сейчас доказываем всем миром, поднимая тему беженцев. Чужих детей не бывает, поэтому не нужно удивляться тому, что, например, Канье Уэст пришел на мероприятие, на котором собираются средства на поддержку детей из России.

Но при этом для них важно качество мероприятия, на которое они приходят? Или достаточно того, что это проводится с вашим участием и что это про благотворительность?

Безусловно, важно, чтобы продукт был хорошего качества, причем неважно, что это: аукцион, коммуникационная кампания, мультфильм или клип. Нельзя делать скидку на то, что это благотворительность, и делать свою работу не так хорошо, как можешь, потому что считается, что люди все равно и так будут жертвовать деньги для детей, — это недопустимо.

Хорошо, что сейчас в благотворительность приходят лидеры из бизнеса, которые смотрят на свою организацию как на компанию с важной социальной миссией и понимают, как нужно организовать работу. Это важно, потому что часто деньги некоммерческих организаций – это общественные деньги или средства определенных доноров, которые организация должна правильно потратить. Ответственность огромная, поэтому организационно следует относиться к этому как к бизнесу.

То есть вы видите, что некоммерческий сектор постепенно уходит от чисто идейной благотворительности к более сознательной, работающей по правилам бизнеса?

Да, но люди все равно остаются идейными. Идея – вот главный двигатель благотворительности. Ведь в некоммерческом секторе никто не зарабатывает больших денег: зарплаты очень маленькие, не соответствующие коммерческому рынку. Двигатель всего — это страсть к тому, что ты делаешь.

В сектор ты идешь сердцем. Но если ты не обладаешь нужными навыками и качествами для работы, то нужно выстроить вокруг себя команду, подключить к работе людей, которые помогут тебе заниматься ей профессионально. Идти в сектор на голом энтузиазме неправильно, потому что речь идет о чужих жизнях и о чужих деньгах.

Историю Натальи Водяновой журналисты часто сравнивают со сказкой о Золушке. Будущая топ-модель выросла на окраине Нижнего Новгорода, ее родители развелись, когда она была совсем маленькой. Семья жила бедно, и Наталья была вынуждена работать с 11 лет. Сейчас супермодель живет в Париже, воспитывает пятерых детей и занимается благотворительностью.

Уроки выживания

Наталья Водянова росла в Автозаводском районе Нижнего Новгорода - там, где находится Горьковский автозавод. В 90-е годы из-за криминала у района была плохая репутация.

«Живя в России, я чувствовала, что на улице со мной может произойти что угодно - меня могут избить, ограбить. В школе были и девичьи, и мальчиковые банды, которые могли поколотить за одно неправильное слово, приходилось защищаться», - вспоминала Наталья Водянова в одном из интервью.

Ее младшая сестра Оксана родилась с аутизмом и детским церебральным параличом, будущая супермодель помогала маме ухаживать за ней. Так как денег семье не хватало, Наташа была вынуждена работать со школьных лет. Она продавала фрукты на местном рынке, пропуская из-за этого занятия в школе.

В 16 лет Наталья по рекомендации друга поступила в одно из нижегородских модельных агентств. На кастинге ее заметил скаут агентства Viva Model Management и предложил ей работу во Франции. Наталья сначала боялась ехать за границу, ведь она даже не знала языков, однако ее уговорила бабушка. В 17 лет девушка переехала в Париж и начала новую жизнь.

Русская сенсация

Карьера Натальи Водяновой пошла вверх после участия в конкурсе агентства Madison, где на нее обратил внимание знаменитый модельер Жан-Поль Готье. А в 2001 году журнал W назвал ее сенсацией модельного бизнеса. На Неделе моды в Нью-Йорке ее необычная внешность произвела настоящий фурор.

После этого модели стали поступать предложения от известных домов моды. Она работала на подиуме для Louis Vuitton, Gucci, Chanel, Alexander McQueen, Miu Miu, Dolce&Gabbana, Yves Saint Laurent и многих других. Наталья появлялась на обложках журналов Vogue, ELLE, Harper"s Bazaar и Marie Claire, принимала участие в рекламных кампаниях многих брендов, снималась для календаря Pirelli. В 2003 году стала официальным «лицом и телом» компании Calvin Klein.

Вскоре «Золушка» встретила и своего принца: на одном из приемов в Париже она познакомилась с потомком английских лордов Джастином Портманом. Их отношения развивались стремительно, а когда Наталья забеременела, Джастин сделал ей предложение. Свадьба состоялась 1 сентября 2002 года в Большом дворце Петергофа уже после рождения сына Лукаса. Свадебное платье для Водяновой сшил знаменитый дизайнер Том Форд. В 2006 году на свет появилась дочка Натальи и Джастина Нева, чуть больше года спустя - младший сын Виктор.

В 2008 году Наталья Водянова объявила об уходе из модельного бизнеса, однако продолжила участвовать в рекламных кампаниях и сниматься для модных журналов в качестве приглашенной звезды. Через некоторое время появились слухи о размолвках в семье Натальи и Джастина, а в 2011 году пара официально развелась. Вскоре топ-модель объявила об отношениях с французским бизнесменом Антуаном Арно - сыном владельца группы компаний LVMH (Louis Vuitton Moët Hennessy), одного из богатейших людей планеты Бернарда Арно. У пары двое сыновей: старший Максим появился на свет в 2014 году, младший Роман - в 2016.

Обнаженные сердца

В Нижнем Новгороде Наталью Водянову любят. Отчасти из-за того, что с ее именем не связано множество скандалов, отчасти, потому что модель не забывает родную страну и родной город. Здесь живут ее близкие, которые не хотят уезжать из России.

«Для Оксаночки (младшей сестры Натальи) как и для многих людей, рожденных с аутизмом, преодоление языкового барьера - это невыполнимая задача. Я уехала и смогла финансового поддерживать семью, когда Оксана была подростком, и этот шаг нам был уже недоступен. К тому же моя мама не хочет уезжать из России. Ее жизнь, дом, друзья и семья здесь», - ответила Наталья на вопрос журналистов о том, почему она не забирает семью во Францию.

Такие вопросы топ-модели задают не случайно. В августе 2015 года с Оксаной произошел скандальный инцидент в одном из кафе Автозаводского парка Нижнего Новгорода. Девушку выставил за дверь повар кафе из-за того, что она якобы отпугивает клиентов, утверждает модель.

Спустя время Наталья Водянова и её семья в Нижнем Новгороде встретилась с поваром и директором кафе. Вскоре следственный отдел по Автозаводскому району завершил расследование уголовного дела по факту нарушения прав инвалида. Повар кафе, полностью признавший вину, должен был предстать перед судом, ему грозило до года и 4 месяцев тюрьмы. Однако потерпевшая сторона ходатайствовала о прекращении дела за примирением сторон, и суд пошёл навстречу.

Наталья с детства видела, как к людям с особенностями развития порой относятся несправедливо. Чтобы помочь детям с аутизмом и ДЦП топ-модель еще в 2004 году создала благотворительный фонд «Обнаженные сердца». Эта организация занимается созданием системы бесплатных услуг для семей, воспитывающих детей с особенностями развития, а также строительством инклюзивных детских игровых парков и площадок. Первая площадка появилась в Нижнем Новгороде, рядом с тем местом, где выросла Наталья.

Ребята, мы вкладываем душу в сайт. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

Егор Бероев и Ксения Алферова

Супруги уже несколько лет занимаются помощью детям с ДЦП, синдромом Дауна и аутизмом. Три года назад они открыли свой собственный благотворительный фонд «Я есть!» Егор и Ксения стараются сделать жизнь своих подопечных более яркой и красочной, для этого они устраивают различные праздники, выставки и концерты. Также они стараются создать для таких детей все условия для здоровой адаптации во взрослой жизни.

Орландо Блум

Знаменитый актер с 2009 года является послом доброй воли Детского фонда Организации Объединенных Наций (UNICEF). За несколько лет Блум успел посетить множество стран в рамках благотворительных проектов. В том числе он побывал с гуманитарными миссиями в Эфиопии, Иордании, Сирии и Македонии.

Чулпан Хаматова и Дина Корзун

Подруги и актрисы в 2006 году совместно учредили фонд «Подари жизнь», который с тех пор помогает детям с тяжелыми онкологическими и гематологическими заболеваниями. Сегодня в России все больше детей с такими страшными диагнозами получают шанс на выздоровление и счастливую жизнь, во многом это происходит благодаря помощи фонда Хаматовой.

Киану Ривз

Этот голливудский актер давно славится своей - в положительном смысле -эксцентричностью. Нередко Киану отдавал почти весь вырученный за фильм гонорар на нужды благотворительных организаций. Ривз не понаслышке знает о тяжелых заболеваниях - его сестра в течение 10 лет боролась с раком, поэтому актер не жалеет средств на поддержку онкологических фондов.

Наталья Водянова

Прекрасная россиянка Наталья Водянова прославилась на весь мир не только как суперуспешная модель, но и как меценат. Актриса уже много лет активно занимается благотворительной деятельностью. Младшая сестра Водяновой с рождения страдает тяжелой формой аутизма, и Водянова на собственном опыте знает, что дети с такими заболеваниями нуждаются в особенной заботе и уходе. Наталья возглавляет фонд «Обнаженные сердца», ежегодно проводит благотворительные концерты, марафоны и аукционы - все деньги от таких мероприятий идут на помощь нуждающимся детям.

Опра Уинфри

Легендарная американская телеведущая, продюсер и актриса Опра Уинфри уже много лет активно занимается благотворительностью. Помимо финансовой поддержки множества фондов, Уинфри является учредителем специальной школы для девушек в ЮАР. В стране, где насилие и убийства являются ежедневной реальностью, девочки практически лишены возможности закончить школу. Стараниями Опры уже несколько сотен выпускниц этой школы имеют дипломы престижных американских вузов.

Мария Миронова, Игорь Верник и Евгений Миронов

В 2008 году актеры совместно учредили благотворительный фонд «Артист», призванный помогать пожилым деятелям искусства. Помимо предоставления всевозможной материальной помощи ветеранам театра и кино, волонтеры фонда оказывают и моральную поддержку: ходят в гости к своим подопечным, дарят на праздники подарки, устраивают импровизированные концерты.

Брэд Питт

Несколько лет назад знаменитый актер основал благотворительный фонд «Make It Right» для помощи жителям Нового Орлеана, пострадавшим от разрушительного урагана Катрина. Менее чем за 10 лет Питту и его организации удалось построить более 109 домов. Для работы над проектом были приглашены лучшие архитекторы и инженеры. Актер лично руководил работой волонтеров и контролировал процесс стройки на всех этапах.

Константин Хабенский

Наталья Водянова известна не только благодаря своей блестящей карьере модели, но и благотворительным акциям, которые она проводит. Фонд «Обнаженные сердца», основанный Наташей, уже не первый год занимается сбором средств для строительства детских площадок в России. В этом ей помогают многочисленные друзья-дизайнеры – изготавливают необычные лоты для проводящихся аукционов.

Мероприятие, которое пройдет в июле, готовилось несколько лет. Вечер под названием «The White Fairy Tale Love Ball» посвящен русским сказкам – они были темой для создания сорока великолепных нарядов, которые можно будет там приобрести.

Дизайнеры со всего мира трудились над этими шедеврами. Участие в проекте приняли бывший дизайнер Balmain Кристоф Декарнен и бывший креативный директор Dior Джон Гальяно, российские модельеры Алена Ахмадуллина, Вика Газинская, Денис Симачев, Ульяна Сергиенко. Поучаствовать успел даже Александр МакКуин, его работа также будет представлена на аукционе. Кроме того, будут выставлены платья от Chanel, Prada, Dolce&Gabbana, Givenchy, Lanvin, Louis Vuitton, Alexander Wang, Gareth Pugh и многих других известных домов моды.

Giambattista Valli Louis Vuitton Yves Saint Laurent Gucci Viktor&Rolf Vika Gazinskaya Oscar de la Renta Alexander McQueen Balmain

Представленные лоты не только позволят собрать средства для деятельности благотворительного фонда Водяновой, но и украсят собой чьи-то коллекции. Каждый наряд выполнен в единственном экземпляре!

Едва лондонские газеты и говоруны поутихли с вопросами о ее личной жизни, как Наталья Водянова дала новый повод заговорить о себе в связи с ежегодным благотворительным балом White Fairy Tale Love Ball фонда «Обнаженные сердца», который прошел под Парижем в замке модельера Валентино и при его непосредственном участии в эту среду, 6 июля.

Специально для бала лучшие мировые дизайнеры сшили 45 уникальных платьев, которые были проданы на благотворительном аукционе. Мероприятие было приурочено к парижской Неделе высокой моды, и собрало самых высоких гостей из мира моды и шоу-бизнеса.

В этом контексте слухи о разводе Натальи Водяновой и Джастина Портмана могли показаться вирусным маркетинговым ходом по привлечению интереса к готовящемуся балу Водяновой. Так это или нет, но, пока гости бала возвращаются в Москву и Лондон, пока пресса не потонула в описаниях нарядов, лотов, деталей, хочется поговорить о важном. О том, как работает благотворительность Натальи Водяновой.

Идея «Зимней сказки» пришла Наталье осенью 2009-го. В то время я работал с ней над съемкой и интервью для одного проекта, и мне посчастливилось быть одним из первых, кто услышал о ее задумке. Я говорю «посчастливилось», так как уверен: нет ничего более интересного, чем процесс появления и воплощения идеи, которая непременно состоится. Это был как раз такой случай.

В Лондоне во время недели моды Наталья позвонила мне со встречи с Анной Винтур, редактором американского Vogue. Они обедали вместе, и у них родилась удачная идея, которую Наталье хотелось обсудить. Идея состояла в том, чтобы предложить лучшим мировым модельерам сделать по уникальному платью, Наталья снимется в этих платьях, съемки будут опубликованы в журналах Vogue по всему миру, платья вызовут интерес и будут успешно проданы на благотворительном аукционе в рамках Недели моды в одной из мировых столиц.

Особенность идеи, а подобные благотворительные проекты происходят то тут то там постоянно, заключалась лишь в масштабе проекта. Если делать этот проект, то только в глобальном масштабе, так чтобы имена дизайнеров были первыми, а покупатели лотов самыми состоятельными. И здесь просто необходимо сказать пару слов про модель того, что создала Водянова, так как ее успех именно в правильно продуманной и реализованной модели.

Мысль о создании фонда пришла Наталье после трагедии в Беслане. В 2006-м году в Нью-Йорке при поддержке дизайнера Дианы фон Фюрстенберг она провела первое мероприятие, привлекла $350 000 и в том же году построила первый игровой парк.

Следующее событие состоялось в апреле 2007-го в рамках гала-ужина Russian Rhapsody, грандиозного светского приема, ежегодно устраиваемого организаторами Российского экономического форума в Лондоне. Сейчас сложно и представить, что это было всего 5 лет назад, так как тогда идея совместимости благотворительности и модельного бизнеса была не слишком очевидна. Очевидно было лишь то, что у Натальи есть светские друзья, на которых придет крупный бизнес. Это было свежо и правильно — это был fun. Наталья открыто декларировала, что благотворительность в ее понимании должна быть в удовольствие. Аккуратные гости в формате black tie вкусно ели, выпивали, участвовали в аукционе, сражаясь за детские игрушки, изготовленные ведущими мировыми дизайнерами и танцевали. Британский истеблишмент и друзья Натальи органично смешались с молодыми и тогда еще уверенными в себе капитанами российского бизнеса.

Тогда, как и сейчас, Водянова собирала средства на детские игровые площадки. Олег Тиньков пожертвовал денег, и Наталья пообещала построить (что и было исполнено) одну такую площадку в его родной Кемеровской области. Мацуев играл, Вивьен Вествуд танцевала, все были счастливы. В ходе благотворительного аукциона гости пожертвовали около £400 000.

Уже на следующий год в феврале 2008 года на втором благотворительном балу, который состоялся в подмосковном Царицыно, фонд Натальи привлек около €4 млн. За успешным московским Love Ball последовал Лондонский в феврале 2010-го, на нем на благотворительном аукционе гостям предлагались произведения искусства и даже украшение дизайна Натальи Водяновой. И наконец, через два года своего момента дождалась и идея с платьями.

Модель, которую придумала Наталья, когда благотворительность является роскошью и доставляет исключительно удовольствие, конечно, не новость, но именно у нее это получается лучше всего. Как водится в любом начинании, и особенно в наши нетократичные времена, если модель правильная, все начинает работать на нее. Благотворительность не бизнес, но ведение дел должно быть не менее, если не более безупречно, чем в бизнесе. Поэтому сегодня, когда какая-то компания хочет проявить себя на ниве социальной ответственности, сделать это красиво, прозрачно и получить fun, первое, что приходит на ум, — Наталья и ее фонд.

Когда при мне критикуют фонд (этого, самое забавное, никогда не услышишь от англичанина или европейца, но только от соотечественника): дескать, гламур, то обычно бывает достаточно назвать лишь количество детских игровых площадок, чтобы урезонить собеседника. Упорство и последовательность, с какой Наталья, один из самых упрямых известных мне людей, делает то, что делает, — это не из области гламура.

За четыре года работы фонд Натальи построил 60 игровых площадок в 44 российских городах.

Это открытие игрового парка в Бийске в 2010 году

И это не дворовые площадки, бревно-лесенка-качелька, а, правильнее сказать, игровые парки для детей разных возрастов и интересов. Круглосуточно охраняемые, на которые, кстати, не допускаются взрослые с пивом, но без детей. Площадки, созданные фондом, — это по сути единственные в России игровые площадки, приспособленные для детей с ограниченными возможностями.

С этого года фонд начал программу по развитию центров поддержки семьи под названием «Каждый ребенок достоин семьи!», работа направлена на поддержку семей, воспитывающих детей с особыми нуждами в попытке остановить отказы от таких детей и их поток в детские дома.

«Водянова делает это для самопиара», — такое тоже могу услышать от русских лондонцев. У меня было несколько случаев убедиться в том, что Наталье этот пиар в общем-то до лампочки. Например, когда начали просачиваться какие-то слухи про развод с Джастином и друзья предлагали Наталье определенные шаги по минимизации имиджевых последствий (все-таки сказка, история золушки) прежде всего для ее репутации и репутации ее фонда. Но тут Наталья стояла на том, что ее личная жизнь — это ее личная жизнь, и нет основания связывать ее с деятельностью фонда.

По-моему, это очень интересно. Получается, что, по мнению Натальи, общественности предлагается судить о ком-то по его поступкам, реальным делам и служению обществу, а не по его личной жизни. И это тоже новая модель, которая уже начинает работать.